1.
София Максимовна вечно туда спешит,
Где Клязьма течёт, по лугам изгибая русло,
Где храм-светлячок во владеньях её души.
А ночь эсэмэсит ей издали мёдом вкусным.
Там ангел-хранитель, бабуля, у образов
О внучке любимой молитвы творит всечасно.
Там крёстная мать и родители — сердца зов.
Там дед на скамейке ждёт свою Соню-счастье.
Пусть плох интернет, да и Бог с ним — была печаль!
Зато разнотравье, и пчёлы снуют повсюду.
И лишь поезда отдалённо в тиши стучат,
А каждый закат являет собою чудо.
2
София Кирилловна спит безмятежным сном.
Не видно ни зги, будто плотно закрыли шторы.
Но новые крики разбудят казённый дом
И гомоном птичьим влетят суета, разговоры.
Немного прохладно (похоже, погода дрянь),
Оттуда, где рай, словно выплеснул кто наружу.
Настойчиво будит кто-то в такую рань
И ранит таким тормошеньем живую душу.
....
А завтра со всех сторон набежит родня,
Затискает взглядами, светом зальёт стократно.
Заполнит пространство на три сумасшедших дня.
И будет желание всё повернуть обратно...
3.
Понравится Соне светиться в нисколько лет.
Ей сверхпопулярность в дальнейшем сулит программа.
София Кирилловна будет встречать рассвет,
В котором ещё две сестрёнки и папа с мамой.
... чуток подрастёт — и к бабуле гостить свезут.
Здесь Соню Кирилловну звать будут просто внучкой.
А Соня Максимовна, крёстная, тут как тут.
Улыбчиво скажет: «Ну, тёзка, иди на ручки!
Посмотрим с тобою, как вишни для нас цветут...»
|
. Это смешно.
