Талисман удобства.
Я не ловлю птиц.
Я ловлю взмах.
Я ловлю микросекундный вакуум,
сетью из нервных окончаний.
Молекулы камня не спешат.
Молекулы камня помнят горы.
Молекулы камня помнят ветер.
Ветер выдувал их форму миллионы лет до появления рук.
Руки теперь крутят их в пальцах.
Крутят.
Крутят.
Крутят.
Молитва маятника,
отсчитывающего перекатывания комков в горле.
Тяжесть в ладони -
памяти о Зимнем Ухе.
Рука не забыла,
как сжимать воздух в кулак без кулака.
Дно сознания.
Дно сознания собственного "я".
Дно сознания собственного "я", где нет ни бога, ни дьявола.
Дно сознания собственного "я", где нет ни бога, ни дьявола,
только бесконечное падение в зеркало.
Рука становится камнем.
Камень становится рукой.
Нет разделения.
Тепло тела встречает вечный холод породы.
Есть только вес.
Вес можно держать.
Вес можно выбросить, как и весь накопившийся мусор.
Камень хранит тебя между синусоидами ударов сердца
Белый шум пустоты вгрызается в черепную пластинку,
вытесняя мысль.
Вытесняя боль.
Вытесняя "Я".
Синусоида выравнивается.
Синусоида выравнивается до плоской линии,
над которой садится солнце,
никогда не заходящее.
Я молюсь камню, который нас держит.
Я молюсь маятнику, который нас качает.
Я молюсь синусоиде, которая колеблет формулы притяжения.
Пересохшая кровь из пальца на бумаге.
Пересохшая кровь из пальца на бумаге - выведенная строка.
_
|
