Андрей Андреевич, я бы представился
Непорочным, благим, святым,
Но давно мы с тобой на «ты».
Подмастерьем знался — стал старостой,
Подчищаю теперь хвосты.
Не угоден ни трону парчёному,
Ни боярыням, ни гонцам —
Нет работе моей конца,
И работа она по-чёрному
Для такого-то огольца.
Ты сказал мне: есть сила некая —
Я поверил и стал искать.
Ничего, кроме как песка,
Обо мне, если люди кумекают,
Крутят пальцами у виска.
Как там было — «порожни»?.. Напомни-ка.
А во мне всё ещё душа.
Не поверишь своим ушам —
Мы с тобой пыль путей паломника,
Небу синему кореша.
Только я заскучал по белому,
По молочному заскучал.
И того же бы москвичам…
Знаешь, я не хочу пробелами —
Я пробелами откричал.
Мне не надо летать в санатории,
Собирать в дом корзины груш.
Там теперь пелена и глушь,
Там теперь не застанет которая
Называла тебя Андрюшей.
Может, правда скучаешь по Дрездену,
Хочешь чашу его испить,
Только Дрезден замолк и спит
Под снегами, своими подъездами —
Он ведь каменный, он из плит.
Сигулда далека, и озёра там,
Дом дощатый, узор окна,
Скатерть белого волокна,
Но щенка не меняет на золото
За ошейник, что волокла.
У кого — у морей, у эха ли —
Переспросишь о белом сне:
Дом качелями на сосне.
Мы с тобою давно уехали
И уехали насовсем.
|
