Это я прошу прощения,
ведь за бетонными стенами
не знала я другого поведения
спасением, продлившимся годами.
Попрошу я исцеления и спрячусь;
мне так стыдно, что ребёнком я брожу,
и, каждый раз, с улыбкой я маячусь,
которой так серьёзно дорожу.
И мне не важно, насколько я способна
что-то предвнести на дружеский алтарь,
мне только странно видеть как всё злобно,
хотя по жизни -я, вообще-то, тот её бунтарь. |
