Где-то в зазеркалье лет сияет мир несмело,
Там, где пионером был, сердце песни пело.
Детство наше, словно кадр плёнки тёплой, вечной,
Эхо "Ласкового мая" в памяти сердечной.
Игры во дворе, где старт мы брали без заботы,
Без предчувствий, без затрат так хотели ноты.
А теперь другая даль, мир плывёт незримо,
Сердце помнит, как болит, время нестерпимо.
Комсомольские огни в душах тлеют где-то,
Новым ветром, новой болью разрывает это.
Воспоминаний сладкий плен, юность застарела,
От стыда реальности сердце покраснело.
Солнце в классной канители, школьный двор, линейка.
И казались жизни всей нам мечты идейкой.
Первый страх, в коленях дрожь от несмелых взглядов,
Всё, что раньше так прошло, ныне лишь с отгадкой.
Смысл слов простых тогда ложью не казалось,
Взгляд, не знавший, что вчера, правдой оказалось.
А теперь другая даль, мир плывёт незримо,
Сердце помнит, как болит, время нестерпимо.
Комсомольские огни в душах тлеют где-то,
Новым ветром, новой болью разрывает это.
Воспоминаний сладкий плен, юность постарела,
В это время от стыда сердце покраснело.
И пусть кажется порой, было всё игрушечным,
Что тревоги суетливо минули, послушные.
Но тот свет, что был в глазах, и сейчас сияет,
Жизнь, нахлынувшей волной, душу заполняет.
Тёплый шарф, закатный путь грезит над кварталом,
Эта грусть, что не уснуть, тянет нас куда-то.
А теперь другая даль, мир плывёт незримо,
Сердце помнит, как болит, время нестерпимо.
Комсомольские огни в душах тлеют где-то,
Новым ветром, новой болью разрывает это.
Воспоминаний сладкий плен, юность застарела,
Почему же от стыда сердце покраснело.
Время, время, не спеши,
Свет оставь нам той души.
В нём там мысли хороши
Нашей молодости шик...
Ах, молодость!
 |
