Город вдохнёт, выдохнет, станет меньше,
Бетонная пасть, остывшая домна,
Город слабых мужчин, сильных женщин,
Охрипших собак, кошек бездомных.
Любишь его, ненавидишь, терпишь,
Стоишь в пробке, лежишь на диване,
Волшебным ноктюрном звенят цепи,
Расстрелянный насморком, приговорённый к нирване.
Город-людоед.
Пережуёт, выплюнет,
Рыжим листом прильнёт к подошве,
Дождём прольётся, снегом выпадет,
Придёт по почте письмом из прошлого.
Город-одуванчик.
Облетит, засохнет,
Пробьёт асфальт макушкой тополя,
Мастодонт нервной прекрасной эпохи,
Шинами трёт, ногами топает.
Высечен, слеплен, сложен, соткан,
Переводишь мат на человеческий с птичьего,
Музыканту в кофр положишь сотку,
"Слушай, дружище, спой мне Кинчева".
В давке маршрутки читаешь Прилепина,
Гуляешь с внуком, живёшь, не ноешь
И в Рождество из кристалликов лепишь,
Белых, немых, холодных чудовищ. |
