Тревожною глыбой нависла луна,
Своей желтизною окрасив деревню.
Такой одинокой казалась она,
Младенцем молочным баюкала землю.
И мне показаться в ночи той могло,
Что будто они утешают друг друга:
Меня уж давно всем мирским замело,
Трудней до тебя дотянуться,подруга.
И в синем сосуде кружили они,
И даже молчали как близкие люди.
И ночи летели и таяли дни,
В таком безграничном и синем сосуде. |
