ЦИКЛЫ ИСТОРИИ ГОСПОДА ЗАГОВОРЩИКИ, НЫНЕ НА ПЛАХЕ ПОБЕДЫ, ОНЫЕ НЕ МОГУТ ПРОДОЛЖАТЬСЯ ВЕЧНО.

" Князь Димитрий, в своих письмах не раз говорил матушке: "- Страшно, когда уходит хотя-бы один товарищ, из цепочки  взаимоотношений и привязанности, но когда гибнут многие, это смерти подобно. Надобно помнить о них всегда, и в наших делах их жизнь. Мы готовы идти на лишения ради них и России... Вот Вы княгиня писали мне что были в гостях у  Василия Павловича Флерова на рождении его сына Серёжи, и это весьма примечательно. Передайте им от меня привет и всего доброго для их семейства. 

...Нельзя упомянуть здесь и о скромном и великой души человеке, Юшневском Алексее Петровиче, не заслуженно и так редко, упоминаемом среди потомков отверженных, но не порабощённых каторжан – декабристов, и убеждённого в том, что :"- НАМ ГОСПОДА, ОРГАНИЧЕСКИ НЕ ПОЗВОЛИТЕЛЬНО СВЕРШАТЬ и БОГОТВОРИТЬ ЗЛО В ОТНОШЕНИИ К НАРОДУ РУССКОМУ. СУДЬБЫ РУССКОГО И ИНОГО ДВОРЯНСТВА, СТРОГО ИНДИВИДУАЛЬНЫ ПО БОЛЬШОМУ СЧЁТУ ИСТОРИИ...
КАК Я ЗНАЮ, СИЕ НЕ ОПРОВЕРГАЕТ ДАЖЕ ВИКТОР МОЧУЛЬСКИЙ, УЧАСТНИК ПОДАВЛЕНИЯ ПОЛЬСКОГО БУНТА. ПЕРВОБЫТНАЯ ГАРМОНИЯ ПОЛИТИКИ РУССКОГО ИМПЕРСКОГО ОБЩЕСТВА. КУРЫ КЛЮКЧАТ, А НЕ КУДАХЧАТ..."

В разговоре с ним он и узнал, что Николай Павлович и власти, но более его матушка и Аракчеев в частности, вполне всё знают о заговоре и об участниках гвардейцах столичных полков и требуют немедленного их ареста. Ясно одно, начались дворцовые игры,торг и переговоры о властных полномочиях двора. Где личный адъютант великого Князя, Лазарев принял от Павла Колзакова, личного адъютанта Константина Павловича, письмо, гарантирующее отказ от трона Великого князя Константина при определённых условиях и тот согласился с ним ознакомиться и принять свои действия в отношении брата. Так что, решение по отношению к заговорщикам, Николаем Павловичем уже принято, и жестокое, их предали практически самые близкие к ним единомышленники, одни из-за ревности и глупости, другие, как подпоручик Ростовцев Я.И. адъютант при генерале Бистром, за сребреник, обещанный Великим Князем. Из письма генерала-интенданта Юшневского, всегда устойчиво психологически хладнокровном и говорившего в "шутку":
- ИЗ ПУСТОТЫ Я ВЗОШЁЛ, И В ПУСТОТУ УЙДУ..., мы узнаём довольно интересные вещи:

« - Потоцкий долго говорил, я даже устал от его речей, ибо я всегда был поклонником фактов, а не слов. Я никогда не был сторонником заговоров, с чьей бы стороны они не происходили, со стороны царственных особ, или же народных представителей. Я, будучи связанным с финансами, хорошо видел воровство чиновников от власти, воровство армейской казны и варварское отношение офицеров к солдатам, тем более отмечал жадность дворцового сообщества дворян, готовых на всё ради обогащения и славы. Обо всём этом я сообщал руководству, но их бездействие поражало меня. Я как представитель, как я считал, народа и армии юга России, понимал заговорщиков столицы, но не одобрял очень многое, в особенности спешке в принятии решений, о чём писал Трубецкому, ибо заговоры при их осуществлении, и перевороты, играют на руку не только заговорщикам,но и нашим врагам,как-то Англии и Германии, Франции и временного союзника Польши. Письма и советы Башуцкого, как нам всем поступать в этой ситуации, поразили меня, и я отправил нарочного к князю Трубецкому, предупреждая его об опасности,и советовал скрыться ему в Европе.  Я разговаривал однажды с ним, ещё в 1823 году, когда такие разговоры были почти обыденным делом в армии. Трубецкой говорил о императорской власти спокойно и во многом правильно. При том в его отношениях к дому Романовых, их семьям, самому монарху, вовсе не было кровавым покровом к действию. Он не желал ни крови императорской семьи, ни их ареста категорически. Этакое Дворянско-Духовное образование с шипами, слова и поступки литературной романтической русской благодати. Желая добра народу, он ни в коей мере не желал крови власти, впрочем как большинство руководителей восстания сходились в этом, хотя все прекрасно понимали всю возникшую шаткую ситуацию на тот момент в обществе. Понимали умом, но не действиями и это нонсенс, невозможно воспринять не разрушая устои дворянства как такового. Все понимали, что момента выступления дороги назад уже не будет. Рубикон будет пройден и в отношении власти-дворянства и народа наступит новая эра взаимоотношений. Сам Трубецкой, как и все его товарищи принимавшие непосредственное участие в войне с Буонопарт(ом) в 1812 году, человек чести, много видевший кровь с обоих сторон на войне, и убивавший крайне вынуждено. Здесь же он ошибался, при всем этом его можно и нужно понимать и возможно даже принимать. Примут ли его дела потомки? Сие, это уже совсем другое дело. В этом случае потомки будут жить в другой реальности и им понять нас, наших современников будет крайне сложно, и не от нехватки ума или чего либо другого, просто время будет другим и обстоятельства для понимания исчезнут, как гроза уходящая после власти бури, но семя, зёрна её благого или не благого дела, последствия останутся, и неважно, что скажут её видевшие, дело сделано. В любом случае, природа и иссохшая от зноя земля, Россия, будет ей благодарна, кроме путника – императора, сотворившего и заставшего бурю в пути, и увязающего от влаги по колено в непролазной грязи и крови мщения. Здесь надо потомкам различать, дела вынуждено благие, благодаря которым измениться к величию государства ( не государя, он в грехах не смываемых даже кровью - автор. В дневнике декабриста строка вымарана чернилами другого цвета, и он ли это произвёл?) жизнь, и дела свершённые властью, не богоугодные и презренные, сплетённые кровью народа. Поиск справедливости, это вопрос кипящей крови. Трубецкой, Щепин, Муравьёв-Апостол это понимали, но слишком народ ненавидит власть дворян и иных, измывавшихся над народом веками, чтобы все их желания прошли чисто, как по божьей огненной указке… Так к сожалению не бывает, да и учиться им было не у кого. России пора было принимать свои правила игры на европейской карте политики, и монархия, уже изживающая себя в России, по причине узколобости и непонимания того, что происходит в нашем отечестве. Народ, увидевший свободный мир крестьян, после войны с Наполеоном, уже не желал жить как прежде, а император Александр, прекрасно понимавший это, искренне боялся что либо изменить, ибо Россия не готова была к изменениям и потрясениям. В отношении же дворян и их обществ, он относился спокойно, как к чему-то вынужденному, хотя и опасному для власти. Ему доносили о решении иных убить его, но он так и не отдал приказ об их аресте.  Думаю, это тоже сыграло свою роль в истории России.  Умы русского дворянства вздыбили Россию и разрушили многовековую сказку о благе народа по велению доброго батюшки царя. Нет и никогда не будет таких царей на Земле...