«Никого не попрекая,
Смотрит с неба божья рать…»
Василий Романенков
Колокольного набата
слышен звон за сотни вёрст.
Брат идёт войной на брата, –
оба встали в полный рост.
На устах обоих: «Боже!», –
избы с хатами горят…
– Ты, не брат, Иван, мне больше!
– Ты, Остап, пока мне – брат!
Омрачили ли́ца тени,
пальцы сжаты в кулаки.
Бьются засветло и в темень, –
от сближенья далеки.
Поделить не могут веси,
нет над пропастью моста.
У Остапа мать – Одесса,
у Ивана мать – Москва.
Поделить не могут реки,
землю, неба тишину, –
в двадцать первом страшном веке
мир прогнулся под войну!
А когда-то вместе ели
из одной тарелки борщ,
а когда-то вместе пели
про украинскую ночь,
а когда-то мяч пинали,
как Блохин и Черенков,
и не знали – ждёт в финале
самый смертный из грехов!
Так привык «прогнивший запад»
(что не чин, то – педераст) –
сеять смуту тихой сапой
и в конце победу красть!
Божья рать скопилась в небе:
слово праведное – щит!
Бойся, лживое отребье,
в логовище трепещи!
|
