- Всё! – сказал, как отрезал, Михаил Никанорович и, чтобы окончательно приковать к себе внимание коллег, встал со стула. – С сегодняшнего дня я пенсионер и отныне ни юлить, ни молчать не намерен. Буду теперь всем и каждому рубить правду матку в лицо. Прошу это обстоятельство учесть на будущее, - и, провозгласив свою новую жизненную программу, он обвел непреложным взглядом сослуживцев.
Юная экономист Олечка завистливо вздохнула:
- Хорошо вам – можете совсем не работать, а мне вот до пенсии, как до луны, - и она опять не смогла подавить вздоха.
- Э, милочка, годики промчатся и не заметишь, - наставительно отозвалась обстоятельная Татьяна Юрьевна, а ее сосед Валентин Николаевич, будучи с виновником затеянного разговора в застарелых контрах, злобно зыркнул на него исподлобья и тут же отвернулся с видом, будто всё происходящее сейчас лично его не касается.
Что, конечно, дало право Михаилу Никаноровичу торжествующе подумать: «Ага! Чует кошка, чье мясо съела».
Надо заметить, что в комнате еще пребывали субъекты, которые были совсем не прочь высказаться нелицеприятно относительно людей, достигших почтенного возраста. Однако воинственный настрой Михаила Никаноровича удержал их от опрометчивого поступка.
- То-то же! – победоносно провозгласил свежеиспеченный пенсионер.
Он снова уселся на коротко скрипнувший под ним стул и совершенно в прекрасном расположении духа привычно уткнулся в бухгалтерскую отчетность, по обыкновению тут же уйдя в нее с головой.
| Помогли сайту Праздники |










почему бы не высказать правду матку одному типу, рядом живущему 