Вера всегда любила смотреть на аквариум. Яркие, переливающиеся цвета рыбок завораживали её, как будто они были частью волшебного мира, где не существовало ни бед, ни страха. Она могла часами сидеть на полу, скрестив ноги, и наблюдать за тем, как они плавали, оставляя за собой тонкие следы в воде. В её маленьком мире аквариум был оазисом, где не было места для голода и холода.
Но пришла война. Сначала она не понимала, что это значит. Взрывы, крики, уходящие на фронт мужчины — всё это казалось ей чем-то далеким, как сюжет из книги. Но вскоре реальность стала неотъемлемой частью её жизни. В Ленинграде началась блокада, и мир, который она знала, стал рушиться.
С каждым днём в доме Веры становилось всё тише. Мама, когда-то такая весёлая и энергичная, теперь выглядела усталой и измождённой. Папа ушёл на фронт, и Вера не знала, вернётся ли он когда-нибудь. В холодильнике оставались только тени еды, а на столе — пустые тарелки. Вера пыталась не думать о голоде, но он всё равно подкрадывался к ней, как тень.
Однажды, когда Вера снова сидела перед аквариумом, она заметила, как рыбки весело плавали, не подозревая о том, что происходит вокруг. В её животе заурчало, и она вдруг поняла, что эти яркие создания могут стать решением её проблемы. Мысли о том, что она может съесть одну из них, сначала показались ей ужасными. Но голод был сильнее.
В тот вечер, когда мама уснула, Вера подошла к аквариуму. Она выбрала самую крупную рыбку — золотую, с блестящими чешуйками. Сердце её колотилось, когда она ловила её руками. Она знала, что это неправильно, но голод был невыносимым. Вера быстро уб
ла рыбку, спрятала её под подушку и, дрожа от страха и отвращения, съела. Вкус был странным, но голод отступил на время.
На следующий день Вера чувствовала себя виноватой. Она смотрела на оставшихся рыбок с тревогой, но и с новым, пугающим пониманием. Аквариум, который раньше был для неё символом красоты и безмятежности, теперь стал источником её выживания.
Дни превращались в недели, недели — в месяцы. Голод становился всё более свирепым. Мама, видя, как Вера слабеет, сама была на грани истощения. Она пыталась найти хоть какую-то еду, но город был отрезан, и всё, что оставалось, — это скудные пайки, которые едва хватало, чтобы поддерживать жизнь.
Вера продолжала есть рыбок. Сначала это было мучительно, но со временем она привыкла. Она научилась не думать о том, что это живые существа, что они были её друзьями. Она просто видела в них еду, способ прожить ещё один день. Она выбирала самых ярких, самых быстрых, как будто пытаясь сохранить в себе хоть частичку той красоты, которую они ей дарили.
Однажды, когда Вера сидела у аквариума, она увидела, как одна из рыбок, маленькая, серебристая, подплыла к стеклу и как будто посмотрела на неё. В этот момент Вера почувствовала укол совести, такой сильный, что ей стало трудно дышать. Она вспомнила, как раньше разговаривала с рыбками, как придумывала им имена. Теперь она была той, кто их убивал.
Слёзы потекли по её щекам. Она поняла, что голод не только отнимает у неё силы, но и меняет её, превращая в кого-то, кого она сама не узнавала. Она хотела перестать, но тело требовало еды, и страх перед смертью был сильнее.
Мама, заметив перемены в Вере, пыталась понять, что происходит. Она видела, как Вера всё чаще сидит у аквариума, как её взгляд становится пустым. Однажды, когда Вера снова подошла к аквариуму с намерением поймать рыбку, мама остановила её.
"Вера, что ты делаешь?" — спросила она тихим, но твёрдым голосом.
Вера не могла ответить. Она просто стояла, дрожа, с протянутой рукой.
Мама подошла ближе и увидела пустой аквариум. Только несколько рыбок остались плавать в мутной воде. Её сердце сжалось от боли. Она поняла.
"Милая моя, — сказала мама, обнимая Веру. — Ты не виновата. Ты просто пытаешься выжить."
В этот момент Вера почувствовала облегчение. Она больше не была одна со своим ужасным секретом. Мама знала, и мама её не осуждала.
Но это не изменило их положения. Голод продолжал терзать их. Однажды, когда мама совсем ослабла, Вера решила сделать что-то, что могло бы помочь. Она вспомнила, что где-то в квартире есть старые, забытые вещи, которые можно было бы обменять на еду.
С трудом она поднялась и начала искать. Она нашла старую брошь, которую когда-то подарил ей папа, и несколько книг. С этими вещами она отправилась на улицу, надеясь найти кого-то, кто согласится на обмен.
На улице было холодно и пусто. Люди, которых она встречала, были такими же измождёнными, как и она сама. Но Вера не сдавалась. Она подошла к одному из редких прохожих и показала ему брошь.
"Я хочу поменять это на хлеб," — сказала она слабым голосом.
Мужчина посмотрел на неё с жалостью. "У меня нет хлеба, девочка. Только вода."
Вера была разочарована, но не сломлена. Она продолжала идти, пока не встретила старушку, которая сидела на скамейке, укутавшись в старое одеяло.
"Бабушка, — обратилась Вера, — вы не хотите поменять мою брошь на что-нибудь?"
Старушка посмотрела на неё своими добрыми, но печальными глазами. "У меня есть немного муки, девочка. Хватит на один маленький хлебец."
Вера обрадовалась. Она отдала брошь и получила заветный мешочек с мукой. С трудом она понесла его домой.
Когда мама увидела муку, её глаза наполнились слезами. Они вместе замесили тесто и испекли маленький, но такой желанный хлебец. Вкус этого хлеба был для них как вкус рая.
С этого дня Вера стала добытчицей. Она находила старые вещи, которые можно было обменять на еду, и каждый раз возвращалась домой с чем-то, что помогало им выжить. Она научилась быть сильной, несмотря на свой юный возраст.
Однажды, когда Вера шла по улице, она увидела группу людей, которые собирались уйти из города. Они говорили о "Дороге жизни", о том, что это единственный шанс спастись. Вера поняла, что это их шанс.
Она побежала домой и рассказала маме. Мама, несмотря на свою слабость, согласилась. Они собрали свои последние вещи и присоединились к группе.
Путь был долгим и трудным. Они шли по льду Ладожского озера, под постоянными обстрелами. Вера видела, как люди падают от усталости и холода, но она не останавливалась. Она знала, что они должны добраться до другого берега.
Когда они наконец достигли другого берега, Вера почувствовала, как её тело наполняется новой силой. Они были спасены.
В эвакуации Вера и её мама нашли убежище. Вера начала поправляться, но воспоминания о блокаде остались с ней навсегда. Она никогда не забывала голод, страх и то, как она ела своих аквариумных рыбок.
Годы спустя, когда Вера уже была взрослой женщиной, она часто вспоминала свой аквариум. Он стал для неё символом не только выживания, но и того, как даже в самых тёмных временах можно найти свет. Она поняла, что её детская жестокость была не пороком, а отчаянной попыткой сохранить жизнь.
Вера никогда не держала дома аквариум. Но каждый раз, когда она видела рыбок, она вспоминала своё детство, свою маму и свою силу. Она знала, что пережила блокаду, и это сделало её сильнее, чем она могла себе представить. И хотя шрамы остались, они напоминали ей о том, что жизнь — это ценный дар, который нужно беречь.
