(доклад на V Российском философском конгрессе «НАУКА. ФИЛОСОФИЯ. ОБЩЕСТВО», Новосибирск, 25–28 августа 2009 г.)
Земное человечество последние десятилетия переживает системный цивилизационный кризис. К глобальному экологическому кризису новое столетие прибавило также глобальный финансово-экономический кризис. Последствия развития современной техногенной цивилизации угрожают уже существованию всего живого на нашей планете.
Мировое общественное мнение в лице общепризнанных авторитетов (представителей духовенства мировых религий и светской элиты, философов и учёных, общественных деятелей) приходит к выводу о том, что основой и корнем общепланетарного предкатастрофического кризиса современной цивилизации является Духовный (прежде всего Нравственный) кризис — Мировоззренческий кризис, не преодолев который земное человечество не имеет шансов на выживание, ибо сама природная окружающая среда становится всё менее жизнеспособной из-за деятельности людей на базе используемых мировоззренческих систем. Именно это и было действительной целью прошедшего летом 2008 г. в Сеуле 22 Всемирного философского конгресса (см. программу конгресса).
Поиск базисных Мировоззренческих основ, объединяющих различные поколения, сословия, народы, конфессии и государства, поиск единого понятийного языка взаимного приятия, понимания и согласия — это не просто самый главный жизненный вопрос современного человечества, а вопрос жизни и смерти всего живого на земле. Эта жизнеопределяющая цель напрямую связана с до сих пор не решённым вопросом языка Миропознания и Миропонимания.
Любой протекающий в Природе процесс содержит в себе закономерности своего развития, которые должны иметь конкретную форму своего выражения — то есть должны выражаться на конкретном естественно присущем этому процессу природном языке. Мы же в современной философии и науке познаём естественные (природные) закономерности с помощью своего людского искусственного — терминологического языка. Возникает вопрос — совпадают ли эти языки и если нет, то есть ли у нас возможность проникнуть в природную суть изучаемых процессов? Возможно ли проникновение в тайну языка, на котором говорит сама Природа? И если да, то не является ли это необходимым и обязательным условием для понимания того, что творит Природа на её естественном языке — без принципиальных искажений неадекватного смыслового перевода с одного — безусловного языка Природы — на другой — условный язык научных терминов? И, наконец, главный вопрос — что такое язык вообще и какова его роль в бытии Мироздания? Не решён этот принципиальной важности вопрос и в отечественной философии.
У нас была т. н. предфилософия начального и среднего этапа развития российской госудаственности, т. н. «русская философия» 19 — нач. 20 века, советская философия, философия постперестроечной России, а что, собственно, во всём этом объёме знаний является русским, если почти весь понятийно-терминологический аппарат латино-греческий, если основы используемых Мировоззренческих систем привнесены на нашу землю и в наши головы извне (импортные)?
Ощущение эклектичной фрагментарности существующих знаний (включая философские), а также всё более массовый интерес к Древности приводит исследователей к необходимости изучать единые основы мировоззрения Древнейших народов нашей планеты. Целостность и глубина представлений и Вселенской и Земной жизни в их взаимосвязи качественно отличает Сокровенное (т.н. Мифологическое) мировоззрение от мировоззренческих эпистем последних тысячелетий. Может быть, настала пора по-новому сравнить основы базовых Мировоззрений прежде всего с Нравственных позиций? Нравственно ли смотреть на основы древнейшего Мировоззрения, а значит и на своих предков с позиции подразумеваемого превосходства? Не следует ли называть вещи (понятия) своими (нетерминологическими) именами?
Настала пора вернуться к своим жизнеутверждающим мировоззренческим корням — вернуться от Российской философии к Русскому мироведению (Миропознанию и Миропониманию)!
Пора! пора! — пока не поздно, -
нам говорит Природа грозно!