Все по одному сценарию: телефон на зарядку, чайник на плиту, лицо и голову под струю воды. Кофе давно потерял свой вкус и запах. Надо, это топливо, чтоб механизм, что когда-то был телом, скрипел, тащился, двигался.
И вот оно - зеркало. В нем не отражается ничего, вместо лица - полотно. Время рисовать, приклеивать маску спокойствия, доброжелательности... Отточенные взмахи руки, к полотну ловко прилегает краска: глаза, брови, нос, рот...
В шкафу вещи. Каково это радоваться новой кофточке, прикладывать ее к себе, мерить с юбочкой, брюкам? Она забыла. Чистое, опрятное, в офисном стиле. Вещи теперь тут появляются только по мере необходимости и все темные, черные, серые...
Она выходит из дома, ныряет в головокружительный поток и тает, истончается. Еще пара остановок до офиса, а телефон пищит, трещит, пугает, ругается, требует.
Ее место возле панорамного окна из которого громадой давит город.
Ноутбук включен. Она точно подключается к матрице. Ее нет. Есть только одна функция - выполнить, срочно, немедленно, сейчас.
Когда она успела стать тенью? Сначала просто не получилось взять отпуск, отложились выходные, некогда встретиться с друзьями, ответить, перезвонить. Кто-то из них так же стал человеком-функцией, кто-то просто отдалился, устав слушать разговоры только о работе... Мужчины, с ними тоже не везло, пара разрушенных надежд поставили крест на личной жизни, на желании попробовать снова. Исчезли и желания, планы, кроме одного: дотащиться до дома и лечь, закрыть глаза, отодрать с лица с мылом маску и стать никем. Зомби.
Однажды она стояла у своего огромного окна и думала, как это просто, открыть его и сделать шаг вниз. Просто вниз. Пролететь эти двенадцать этажей и совсем стать пустотой. Но в сознании всплыли глаза матери. Эта ниточка еще теплилась, связывала с миром. Единственная.
Дома фоном телевизор, он заполнял собой пустоту. Она не разбирала лиц, не разбирала слов. Информационный шум.
Так было и в этот вечер. Она лежала, подтянув колени к подбородку, уставившись в одну точку.
И тут до ее сознания стала доходить музыка. Голос. Она не понимала смысла, просто хотелось с ним улететь. Взгляд сфокусировался. Звуки точно током побежали по венам. Мужчина в телевизоре смолк, а звук остался с ней, в ней.
Захотелось услышать снова. Пальцы побежали по клавиатуре, набрали имя, включили первое попавшееся видео.
Ночь была почти без сна. Песни, одна за другой. И слезы. Спустя столько времени - слезы. Больные, колючие. Слезы перемежались рыданиями. Ее маска сползала с лица вместе с ними. Я. Я есть, Я живая. Живая! Живая...
Уснула только под утро. И ей снился колокольный звон, легкий, чистый, обещающий надежду.
9 января 2026 год, 38 лет.