В тиши ночной, где тени спят, оставил след незримый взгляд. Как искра, вспыхнув на ветру, в душе затеплилась тоска. Не рана, нет — едва заметный шрам, но в сердце эхом бьётся он упрямо. Как отзвук давнего, забытого сна, что не уйдёт, хоть время лечит раны. Он тлеет тихо, словно уголёк, вплетаясь в мысли, в каждый вздох и шаг. Не крик, не стон — лишь тихий, тайный зов, что пробуждает боль в глубинах снов. И день, и ночь — он рядом, неотступный, как тень, что следует за светом неуклонно. Не заживает, не стирается с годами, лишь прячется, чтоб вновь напомнить о себе ночами. Так остаётся он — незримый, но живой, как память о мгновении, что стало роковой чертой.
