Капитан Левини инпланетяне 22

Глава 22

День уже приближался к вечеру и по всей видимости, люди шли с работы кто в церковь, кто – на кладбище. Людей было много, и раз Неприкасаемый находился на развилке дорог, ведущих к церкви и на кладбища, то все проходили мимо него.
А возле Неприкасаемого встало еще трое человек бомжеватого алкогольного вида, с серыми лицами и красными носами, намеревавшиеся тоже поживиться милостыней. И все стояли с выставленной перед собой ладошкой. Но, среди этого букета попрошаек, Неприкасаемый, в своём почти сплошном гипсе и инвалидном кресле, выделялся радикально и апофеозно, и, как оказалось, лишь он тут вызывал сочувствие, и срывал весь банк монетизированного человеческого сострадания. Все проходившие мимо клали в пакет деньги только ему одному, и больше никому, наверное, считая, что только через Неприкасаемого кто-то там наверху заметит их благодеяние, где-то отметит, запишет, и потом воздаст. Стоявшие с протянутыми руками бомжи сначала терпеливо и невозмутимо смотрели на это действо, при котором в хорошей прибыли оставался только Неприкасаемый. Но это чувство беспристрастности начало довольно быстро таять, вместе с терпением.
- А что это всё ему одному ложат? – наконец проговорил один из попрошаек.
- Я здесь каждый вечер. Но чтобы вот так вот простоять, и ни копейки не заработать, такое впервые. – ответил второй попрошайка.
- Так он вон, как комбайн гребёт! Смотри, за один вечер на новую машину денег соберет! – возмутился третий.
- Не, ну понятно, что каждый сам за себя, но где солидарное чувство справедливости? – поддакнул первый попрошайка. А у Неприкасаемого спросил.
- Мужик, ты вообще кто такой?
На что Неприкасаемый только зло промычал: «Ы-ы!»
- А может, это не мужик? – предположил второй попрошайка.
- А кто? – спросил первый.
- Так… может - женщина. С ног до головы в гипсе. Не определишь и принадлежность.
- Эй, жертва вселенского катаклизма, тебя танк переехал? Ты кто: мужчина, или женщина? – спросил второй попрошайка.
- Ы-ы! – опять зло замычал на них Неприкасаемый, что означало «Убью».
- Даже по голосу не понять: мужик, или женщина. – сказал первый.
- Слушай, где ты себе такой камуфляж взял? Может, и мы в таком виде сюда приехали, так озолотились бы.
- Слушайте, так выпить охота. Уже сил никаких нет. Давайте у него немного возьмем. А он тут еще заработает. Всё равно сидит. Куда ему такому столько денег?
- Да что немного. Берем всё, и пошли! – предложил третий.
- Да неудобно как-то, - усомнился второй.
- Неудобно простоять целый вечер у церкви, и из-за какого-то инвалида, уйти, ничего не заработав, – рассудил третий, сгрёб все деньги у Неприкасаемого, и положил себе в карман. – Вот теперь справедливость восторжествовала. Пошли, мужики. А ты продолжай трудиться, - показал он пальцем на Неприкасаемого. - Будь здоров.
- Ы-ы! – еще злее взвыл Неприкасаемый, а попрошайки повернулись, и счастливые пошли по тропинке, к ближайшему магазину.
Тогда Неприкасаемый навел свою ногу с бесшумной винтовкой на одного из попрошаек. Но что-то в механизме управления и наведения винтовки заклинило, и винтовка смогла подняться лишь до уровня чуть ниже пояса. И, раз уж так вышло, Неприкасаемый решил, что хотя бы так отомстит, и нажал на дистанционный спусковой крючок. Винтовка бесшумно выстрелила, и один из уходящих попрошаек вдруг подпрыгнул, и схватился за свое мягкое место, и что было мочи, на всю округу взвыл. Двое других, увидев это, растерянно остановились, пытаясь понять, в чем дело.
- Что это с ним? – испуганно спросил один из алкоголиков.
- Не иначе как с палёнки колбасит, – предположил другой алкоголик.
А неприкасаемый, зло хихикая гипсовой челюстью, уже наводил свою винтовку на вторую мишень. Затем легкое нажатие на спусковой крючок, и тут же второй попрошайка подпрыгнул от боли, схватился руками за своё мягкое место и тоже взвыл на всю округу. Третий попрошайка уже совсем ничего не понимая, стал испуганно оглядываться по сторонам.
- Ну вы это чего?...Чего?
Но это ему никак не помогло, потому что Неприкасаемый еще раз выстрелил, и тому, третьему попав куда-то сзади, немного ниже спины. И третий взвыл от боли, хватаясь за раненое место, и упал на землю. Получился такой хоровой трёхголосой мужской вой.
- Ы-ы! – радостно прорычал Неприкасаемый.
++++++
Похоже, кто-то вызвал скорую. Быстро приехала белая машина с сиреной и красным крестом, погрузили в нее всех троих воющих алкоголиков, и машина уехала.
+++++++
И в это время в церковь шла бабушка, очень низкого роста. За руку она вела маленького внука, с таким игрушечным пластмассовым молоточком, который при каждом ударе издавал весёлый громкий писк. И чем сильнее им ударить, тем сильнее молоток издавал писк. И внук, идя с бабушкой, всё время ударял этим молоточком все выступающие над землей предметы, стараясь стукнуть как можно сильнее. И при каждом ударе добавлял слово «Тын». И так вот шел этот внук шел, ударяя по разным предметам, и повторяя: «Тын, тын, тын, тын». И они прошли мимо Неприкасаемого, направляясь в церковь. Неприкасаемый вдруг несвойственно себе умилённо подумал, что этот мальчик точно такой же, как он сам, в своём детстве, и даже попытался нежно улыбнуться загипсованной челюстью. Но тут этот мальчик вырвал свою руку у бабушки, и бегом направился обратно, прямо к Неприкасаемому. А Неприкасаемый, расчувствовавшись, только хотел немного ностальгически всплакнуть, как тут, прямо перед ним, возник этот самый мальчик, с очень недовольным выражением лица, и с угрожающе занесённым над головой своим молоточком.
- Бабам! – крикнул мальчик, и что было мочи ударил своим молоточком по загипсованной ноге Неприкасаемого.
- Ы-ы! – взревел Неприкасаемый, и из глаз вылетели совсем не ностальгические, а вполне натуральные слёзы.
- Андрюшка, ты чего больного человека обижаешь! – подбежала к мальчику бабушка, и взяла его за руку.
- Напугал он вас, - обратилась бабушка к Неприкасаемому, который продолжал стонать, боясь даже предположить, что стало с его и так сломанной ногой, после удара хоть и игрушечным, но - молотком. – Вот возьмите пирожок с капустой. Свежий. Только купила.
Положила бабушка пирожок в пакет, а своему Андрюшке добавила.
- Ты зачем так с дядей?
А Андрюшка гордо произнес.
- Бабам! – и показал свой молоток бабушке, а потом с ненавистью погрозил этим молотком Неприкасаемому.
- Бабам! – предупреждающе повторил Андрюшка.
- Пойдем, дяде тут и так нелегко, – сказала бабушка внуку, а Неприкасаемому добавила. – Вот, повела внука к Богу приучать, а то того и гляди, бандитом станет. Я и за вас помолюсь.
И бабушка силой повела внука в церковь, а он еще несколько раз радостно и победоносно, по дороге оглядывался и громко восклицал: «Бабам…бабам…бабам», и от каждого этого «Бабам» у Неприкасаемого ёкало и сжималось сердце.
++++++
Прошло примерно с полчаса, как вдруг вдалеке Неприкасаемый опять услышал это «Бабам!». – Это бабушка с внуком возвращалась из церкви. И опять послышалось.
- Бабам!
У неприкасаемого всё внутри похолодело. И тут внучок вырвался из руки бабушки, и стремительно подбежал к Неприкасаемому. Очень внимательно посмотрел ему в глаза, медленно поднял перед собой свой молоточек со свистком, и предупреждающе произнес.
- Баба-ам.
Неприкасаемый обомлел от страха.
Но тут торопливо подошла бабушка, взяла внука за руку.
- Андрюшка, тебе что батюшка сказал: «Веди себя хорошо, не пугай дяденьку». А Неприкасаемому добавила: «Я за ваше здоровье помолилась и свечку поставила».
И повела Андрюшку по дорожке от Неприкасаемого. Но Андрюшка, за время, пока уходил, еще несколько раз оглядывался, махал предупреждающе молоточком, и кричал: «Бабам!».
++++++
Где-то через пару часов появился тот алкоголик, который и привез Неприкасаемого сюда. К этому времени Неприкасаемому снова наложили денег в пакет, а у алкоголика было ещё добавочно выпито.
- Ну как наш бизнес? – спросил он, заплетающимся языком, по-деловому заглядывая в пакет. - О-о, да ты неплохо работаешь. Если так будет продолжаться, то мы скоро глядишь и в люди выберемся.
Алкоголик взял из пакета тот, подаренный бабушкой пирожок, и стал его есть, одновременно расправляя и пересчитывая деньги.
- У меня, сколько здесь стоял, ни разу столько не было. Погоди, ты же, наверно, проголодался? Я тут в мусорном баке гамбургер нашел. Всего несколько раз откушен. Надо же, не доели и выкинули. Ну, люди! Кто хлеб выкидывает? Меня батя строго учил: хлеб никогда не бросать. На, пожуй. – вынул из своего пакета недоеденный кем-то гамбургер, и не спрашивая, сунул его Неприкасаемому в рот, а все деньги положил себе в карман.
- Ы-ы, - взревел недовольно Неприкасаемый, пытаясь брезгливо вытолкнуть гамбургер изо рта.
- А…у тебя и кушать не получается. – посочувствовал алкоголик. – А ты не торопись… не торопись. Просто подержи во рту, пока сам не растворится.
И взял, и затолкнул весь гамбургер целиком в рот Неприкасаемому.
- Ладно, поехали. На ночлег тебя устрою. Не на улице же ночью кантоваться. Что мы не люди что ли?
С этими словами алкоголик отвез Неприкасаемого в какой-то заброшенный, полуразвалившийся деревянный дом. Там были составлены в ряд ящики из-под каких-то продуктов, и на них постелены пара потрепанных фуфаек. Получилось такое спальное место, на одного человека.
- Вот здесь я и живу. – сказал алкоголик, садясь на то спальное место, и доставая недопитый пузырёк, с какой-то жидкостью. – Не Белладжио Лакшери-Коллекшен, но жить можно. Сверху не льёт. Ладно, отдыхай. Завтра предстоит большая работа. У меня на тебя большие планы: с самого утра хочу тебя на то место поставить. Там и утром народ неплохо идет.
На этом алкоголик посчитал беседу законченной, допил пузырёк, лёг на фуфайки, отвернулся и через небольшой промежуток времени захрапел.
+++++
А Неприкасаемый собрал все свои силы, покрутился в своем инвалидном кресле, попробовал так и эдак, и вдруг у него получилось подняться на ноги. Он зло выплюнул изо рта, тот самый гамбургер, осмотрелся по сторонам, и оглянулся на свое кресло. А выпавший пульт дистанционного управления, и казавшийся бесповоротно потерянным, оказался все это время висел на проводе, возле подлокотника, снаружи кресла. Неприкасаемый обрадованно начал его пытаться как-то взять в руку. Испробовал разные способы как-то присесть, согнуться, еще как-то изловчиться. И, наконец, у него получилось взять пульт, и тогда Неприкасаемый, с огромным облегчением сел в кресло, устало поставил ноги на специальные подставки, и нажал кнопки управления креслом. Кресло сначала чуть двинулось, а затем повернулось к выходу, и поехало.

Продолжение следует