" Крокодил шёл по заснеженной улице, с солнцем в руках, и ел его. Струи света выпадали изо рта, на мёрзлую землю, оставляя проталины- следы. В них тотчас проявлялись натюрморты с подсолнухами. Ван Гог воспользовался этим одиннадцать раз..."
"Это написал мой сын, Коля. Ему всего 9 лет, а он пишет такое",- мама прервала свою речь судорожным всхлипом, далее проявившимся плачем. Я не мешал. Ждал...Туча играла с котёнком в догонялки. Там, за окном, где свобода, простор...
Закончила. Вопросительно посмотрела на меня, спросила: " Это ведь ненормально. Я читала про этого художника, кошмар. Я боюсь, что Коленька тоже отрежет себе ухо". Слёзы продолжились...Подоконник приподнялся под моим взглядом совсем чуть- чуть. Я вздрогнул от неожиданности. Он вернулся на место...
Вошёл ребёнок. Представился: "Николя". Пожал мне руку. Сел на предложенный стул. Достал из-за пазухи вертлявого волнистого попугайчика, стал поглаживать. Мама вскрикнула, всплеснула руками, кинулась отбирать. Испуганная птица подлетела ко мне, устроилась на плече.
Я взял листок бумаги, написал следующее:" Ван Гог хотел воспользоваться этим ещё два раза, то есть, в совокупности, 13 раз, но не успел. Надо было отнести отрезанную Полем Гогеном мочку уха проститутке , Рахиль, в подарок...". Протянул листок мальчику. Прочитал, улыбнулся. Поблагодарил. Вышел. Вслед за ним заплаканная мама. Попугай отказался покидать моё плечо. Выключил свет, закрыл кабинет. Улица встретила меня первым встречным. Подарил ему молчаливую птицу...Он достал гитару, пропел куплет : " ...Который год я вдовая, все счастье- мимо, но я стоять готовая за дело мира! Как мать вам заявляю и как женщина...". Представился : "Александр Галич, тот самый, вернулся, время пришло". Пространство ожидало меня за праздничным столом...
Посвящается всем тем, кому ещё ничего не посвящал.
Портос
