
Нас пугает вой шакала,
Страшен нильский крокодил
И змеи без страха жала
Не хватает видеть сил;
Страшен волк голодный в роще,
Если встретить одного…
Но страшней, ужасней тёщи
Нет на свете ничего.
ЛЕОНИД ГУЛЯЕВ. «УЖАСЫ»
Сборник стихотворений и куплетов. Спб. 1900 год.
Абхазия. Посёлок Новый Афон. Отделение милиции
Зинаида Чеснокова, задыхаясь от бега, не вошла и не влетела, а впала в отделение, в буквальном смысле этого слова.
— Немедленно найдите! Организуйте спасательную операцию! Подключите МЧС, подымите вертол…, впрочем, его -- не надо. В отверстие не влетят! — на одном дыхании выпалила женщина и повернулась, к ухмыляющемуся мужу, только что вошедшему и аккуратно прикрывающему дверь.
— Отдыхающая! Объясните толком, что случилось, и кого мы должны срочно искать? — из-за стойки к ним вышел местный страж порядка.
Зина открыла рот, но от переполнявших её чувств, не смогла произнести ни слова и только ткнула Семён Семёновича в грудь, мол вот он сейчас вам всё объяснит.
— Да ничего особенного, — пытаясь сдержать улыбку, — начал Чесноков. Мы, то есть я, жена и, не к обеду будет помянута — Антонина Борисовна, то есть моя...до-ро-га-я, в буквальном смысле этого слова, тёща, приехали в вашу прекрасную и гостеприимную страну, так сказать, на заслуженный отдых. И нет бы, как все понаехавшие, с утра хлебнуть винца, закусить чурчхелой и пойти на мор…
— Короче, — оборвал его милиционер, — я капитан Батал Ашба, к вашим услугам:
— Вас обокрали?
— К счастью нет… пока.
— Тогда чего вы тут околачиваетесь? Отдых… то есть работать мешаете? — буркнул Батал и повернулся к Зинаиде.
Та уже успела отхлебнуть из бутылки воды, отдышалась и вновь затараторила:
— Мама моя, очень хотела посмотреть ваши эти...как...их… пещеры. Поэтому мы прямо с утра, можно сказать первым рейсом вагонеток, то есть вагончиков, прям туда…
— В пре-ис-под-ню-ю, — поддакнул Семён, — так сказать, потянуло маму к своим, в привычную среду обитания.
— И мамочка там пропала, среди этих стало-к-ти-тов. Мы, с группой вперёд пошли, обернулись, а её нет. Совсем, — глотая слёзы, наконец-таки женщина объяснила причину своего визита.
— Ну-ну, не волнуйтесь, вы так, — милиционер достал из кармана флягу, налил в стакан и хотел протянуть его Зинаиде, но потом передумал и, подмигнув, вручил его Семёну:
— Мы её обязательно найдём. Может быть, даже до заката, то есть я хотел сказать до закрытия пещеры. У нас здесь большой процент раскрываемости! Процентов восемьдесят потеряшек отыскиваем.
— Значит шанс всё-таки есть, — опустошив стакан, довольно крякнул Чесноков, — одна пятая! Это, скажу я вам о-ого-го! Кому-то может и повезти!
— Так! Отдыхающие, то есть потерпевшие! Не отвлекаемся, я сейчас буду заполнять, — дежурный порылся в столе и вытащил мятую бумагу, — хорошо, что не успел в неё хачапури завернуть. В общем, приступаем к про-то-колу.
Первое — где вы выдели маму, в последний раз.
— Звучит как приятная музыка — вновь пряча улыбку, замурлыкал Семён Семёнович — в последний раз. Прям ухо ласкает.
— Я же вам уже говорила, в пещере, где же ещё. Зараза гид, сказал, -- вполне возможно, когда-то давно там могли обитать драконы, вот мама, наверое, и решила, что может и сейчас…
— К родственникам двинула, опыта перенять, — икнул Чесноков и на всякий случай отступил от супруги на пару метров.
— Второе — Давайте фотографию, — вытирая пот со лба, рявкнул милиционер, — быстренько отсканирую и разошлю всем постовым, пусть поработают.
— А мы не взяли, — хором ответили Чесноковы, — мы же в пещеру собирались, там хотели, по-семейному, на фоне, но темно было.
А потом мамы, не стало. (это уже Семён, радостно от себя, добавил)
— Амзан! Ну-ка живо сюда! — гаркнул Ашба.
— Ага, как же. Сейчас. Я же заперт, в обезьяннике, — раздалось откуда-то из глубины коридора.
— Немедленно пришлёпал! Забыл, что ли?! Мы его никогда не запираем. Год прошёл, как мы ключи от камеры потеряли.
Через минуту перед ними возникла долговязая заспанная фигура:
— Начальник! Чего беспокоишь, спать не даёшь.
— Сейчас послужишь нашему государству. Будешь словесный портрет составлять. Вот они будут тебе говорить, как выглядит ихняя мамаша, а ты нарисуешь. Понятно?!
— Не-а. Я не умею людей рисовать, я всяких там академий художеств не кончал.
— Значит, как заокеанского Рузвельта, как живого изображать на зелёных бумажках, у тебя получается, а бедную русскую женщину нет?!
Он хотел ещё что-то сказать, но его бесцеремонно оборвал громоподобный бас влетевший, «фурии»: то есть — Антонины Борисовны:
— Нет! Я не бедная! А вот кое, кто здесь сейчас будет очень даже бедный! Может быть, вдобавок ещё и совсем мёртвый.
Услышав знакомый голос, Чесноков метнулся в сторону и, схватив трясущегося Амзана, попытался укрыться за ним, как за щитом.
Между тем «фурия» распалялась всё больше:
— Ну шо, зятёк! Сейчас я тебе покажу, какие светящиеся камушки, я по твоей наводке, за сталактитами, насобирала. Какую коллекцию, древних окаменелостей отыскала?! А ну, немедленно уплачивай этому капитану штраф за порчу, причинённую мной Афонской пещере, и лично абхазскому государству!
А потом я тебя на самую высокую здешнюю гору потащу. Будем с Зинулей любоваться, как ты там джампинг станешь осваивать! Так сказать, закон физики... об ускорении свободного падения... на практике демонстрировать!
НУ А НАМ С ВАМИ ТОЛЬКО И ОСТАЁТСЯ, ЧТО ПРИГОТОВИТЬ абхазскую Еку
(по материалам интернета)
НАМ ПОТРЕБУЕТСЯ:
1) Один лаваш.
2) Парочка яиц.
3) Сыр твёрдый грамм сто.
4) Масло сливочное — одна столовая ложка.
5) Соль и перец — на ваш вкус.
ГОТОВИМ:
1) Наш лаваш складываем в два слоя.
2) Делаем из него прямоугольник.
3) Берём сковороду и кладём его на дно.
4) Разбиваем на них наши яйца.
5) Солим и перчим.
6) Натираем сыр на крупной тёрке.
7) Яичный желток аккуратно разбиваем вилкой и распределяем по лавашу.
8) Сверху насыпаем наш сыр.
9) После этого аккуратно, конвертиком, сворачиваем наш лаваш, так чтобы начинка оказалась внутри.
9) Стараемся, чтобы наша начинка не вытекла.
10) Кладём кусочек сливочного масла. Включаем медленный огонь.
11) Обжариваем наш лаваш с двух сторон на среднем огне. Таймер на две-три минуты. До образования светло-коричневой корочки.
12) Даём немного остыть и подаём на стол.
Приятного аппетита!
