Рассказ 1.
Когда-то давно я на просторах инета нашла картинку с подписью: «Рассказать писателю хорошую историю – все-равно что обняться с карманником». Я посмеялась и подумала, как точно кто-то это заметил. Каждый писатель из услышанной истории сделает конфетку, использовав весь арсенал оттенков художественного слова. Слушая истории, я уже знаю, какая из них пополнит мой багаж.
Больница – не лучшее место для творчества, но прекрасное для пополнения багажа историй, ибо поток новых людей способствует этому. В этот раз в палату бодро вошла женщина за шестьдесят. Это был тип настоящей русской женщины, простой и прямой, который мы уже стали забывать. Вместе с тем чувствовался стальной стержень, помогающий в самых тяжелых жизненных ситуациях. Я залюбовалась ей. Она сразу расположила к себе. Я во что бы то ни стало захотела узнать ее историю, особенно когда она сказала, что из-под Волновахи. Звали ее Надежда, я посчитала это символичным. Вот ее история.
- Я из ДНР. Пенсии и другие выплаты Украина перестала платить нам давно, да не помню, с какого года. Как выживали? Да в основном с огорода, с хозяйства. Что посадишь, то и возьмешь, кое-когда продашь, пополнишь какие-то запасы. Людей война сплотила, делились, чем могли. Через дом от меня живет моя дочь. Сыновья убежали в Винницу, когда заваруха началась. А теперь и хотели бы, да вернуться - никак. Поселок наш маленький, когда-то в школе училось около трехсот учеников, а сейчас и восемьдесят не наберется. Назывался Карловка, а сейчас к городу присоединили.
А потом Украина бомбить начала, как сво началась. У дочки веранду взрывом унесло через несколько дворов. Только покрыли опять, ночью снова унесло. Дочка плачет, а я утешаю – другим еще хуже, от домов одни развалины остались.
Бомбежки мы стали в подвалах пережидать. Люди стали уезжать. А кому некуда было, те и остались. Совсем плохо с продуктами стало. Один предприниматель уехал в спешке, а кур – он их разводил – бросил. Да замки навесил. А мы слышим, как они кричат, сбили замки – вошли, а там штук 150 клювы пооткрывали, пить и есть хотят. Остальные мертвыми валяются. Мы воды налили, а кормить …нечем. Собрались и решили порезать кур.
Вот и собирались у кого-нибудь во дворе, резали кур да варили в котлах. Спасибо, соль у нас была. А хлеба мы несколько лет не видели. Так и выживали месяц. А в это время украинская армия пришла, поселились в овощехранилище. Да давай по домам шастать. Нарисовать на форме свастики – чистые фашисты. Мы для них мусор.
Варили мы кур в очередной раз, пришли вояки, вытащили кур и пошли к себе, гогоча. Что делать? Пошли следующих резать. Мы-то что, а у некоторых семей – дети, как им сказать, что кушать нечего?! Все, что люди припрятали в подвалах, вояки подоставали и забрали. У меня в подвале одна банка с консервированным перцем стояла – пришел огромный детина, забрал, не спрашивая.
А пили самогонку! Напьются, направят пушку на чей-нибудь дом:
- Что, сволочи, ждете путлера? Сейчас мы вам покажем.
Натерпелись мы страху.
Так и жили до следующего года. Дело было в августе. Всушники перепились да влезли в наш дк. А там костюмы разные развешаны были. Понадевали они эти костюмы да пить и гулять. Смешной вид был! В костюме, а на ногах берцы 45го.А тут прибегает их солдат, кричит:
- Русские! Русские идут!
Как они бежали! Побросали и автоматы! Одно жалко: не на что было снять бегущих в костюмах всушников. Прекрасное зрелище!
Пришли солдаты, трезвые, аккуратные, а мы их все-равно боимся. Ну мы с мужем вышли. Военный поздоровался и спрашивает:
- Сколько людей вас? Мы – Россия. Мы не обидим вас. Где люди?
Стали и другие выходить. Немного нас было. Военный достал мешок и подает нам. А в мешке булки хлеба!
- Надеюсь, разделите по совести! – сел и уехал. Как мы его делили! Перво-наперво семьям с детьми. А он пахнет! Вкуснее хлеба я не ела.
Заняли россияне три брошенных дома, жили там и готовили. Никого не обижали. Каждую неделю выдавали нам продукты, однажды даже мед в 15-тилитровой бадье привезли. Все честно делилось, мед разложили по пакетам, которые я когда-то купила по случаю.
Никого не обидели, были вежливыми и доброжелательными. Иногда просили лопату или ведро. Вечерами ходили по домам, проверяли. Однажды муж с обидой спросил:
- Зачем ходите? Мы против вас ничего не имеем.
- Да проберется кто-нибудь, вы и знать не будете.
Мы и успокоились. Был ли кто-нибудь против России? Нет, не было у нас таких. Всем надоела война, да и сравнение двух армий было не в пользу Украины. Даже, когда ходили с какими-то анкетами, а там вопрос о том, кого хотели бы видеть президентом, все как один сказали:
- Хай буде батька! Он начал войну, ему ее и заканчивать. Батька – это Путин.
На этом в этот день разговор закончился, каждый ушел на свои процедуры. Я долго думала, как могла эта женщина сохранить такую силу духа, жизнерадостность, оптимизм. Вспомнилась бабушка, пережившая Великую Отечественную, дедушка, воевавший 6 лет, вернувшийся с этой страшной войны в 1946 году. Своих учеников, детей и внуков, на долю которых выпала доля снова воевать с возродившимся фашизмом. Дай нам Бог скорее пережить это время!
