День космонавтики

Гагарин(переворачивает шампура). Я вам так скажу, друзья, хорошо очень, что, наконец-то, мы выбрались из душного суетливого города на просторы. И пусть это не просторы вселенной. И всё же...
Маланья(зло).Хватит, сколько можно. Целыми днями про космос, да про космос, про космические корабли, да про космические корабли. Сидел бы сейчас как дурак, в железяке, ещё и в невесомости, и не баранину бы жрал, а из тюбиков питание выдавливал бы.
Матроскин. Дура ты, баба. У хозяина МЕЧТА...
Маланья(напористо). Так пусть воплощает. Подумаешь, 10 раз уже отказали, не приняли в космонавты. Пытайся ещё. Напиши письмо Бастрыкину
Гагарин(удивлённо). А Бастрыкин к космосу какое отношение имеет...
Матроскин. Жена твоя права. Он ко всему отношение имеет. Такое следствие может развернуть, что полёты на десятки лет отменят.
Пётр.Вижу я, Гагарин, что ты уже был там.
Гагарин(испуганно) Где там
Пётр.В космосе, в корабле. Швыряло тебя по нему, матерился крепко. Повторял всё время : "Ой я дурак, ой, дурак, надо было Титову место уступить"
Гагарин(облегчённо) Ты меня с Юрой путаешь. Я- не он.
Пётр(обидчиво) Ничего не путаю. Сами вы путаники. Ешьте свой поганый шашлык сами.
Быстро уходит в лес. За ним бежит его сестра. Оба скрываются в чаще. Слышны ужасные рыки, леденящий душу крик, утробное урчание, тишина.
Матроскин. Я сейчас посмотрю, что стряслось, и вернусь.
Шашлык готов. Гагарин снимает его в большой чугунок. Наливает стакан водки. Выпивает, закусывает маринованным луком. 
Матроскин(запыхавшись) Всё, хозяин. Нет у тебя больше ни жены, ни брата её, полоумного. Свободный ты.
Обнимаются, прыгают от радости. Усаживаются на траву. Расстилают скатерть. Пьют, закусывают.
Гагарин(произносит тост) Ну, жена, какая никакая. а была ты у меня. Пусть земля тебе будет пухом. И тебе, брат её, Пётр
Матроскин(произносит следующий тост). Ну а теперь, когда формальный тост произнесён, давай выпьем за то, ради чего мы здесь, собственно и собрались. За день космонавтики.
Из леса вышли трое в скафандрах, подошли. Показали знаками: следуйте мол, за нами. Последовали. Слышны ужасные рыки, леденящие душу крики, утробное урчание. Тишина...