4.
Pourquoi cette musique?Pourquoi elle se fait entendre par le son continu tremblant dans le rythme lent?
Il faut rembourser immédiatement, partir loin au loin.
Et pour que de lui, l'écho pitoyable s'agite, en mourant, dans la boîte à conserves du dock.
- Jeanne, tu lisais «la Vie à titre du prêt» l'indication scénique? Je demande, pour que rien t'expliquer…
…Зачем звучит музыка?
Почему она состоит из одного непрерывного звука, вибрирующего в замедленном темпе?
Надо немедленно ее загасить, плыть прочь.
И пусть себе, жалкое эхо мечется, умирая, в жестянке дока.
-Жаннет, ты читала «Жизнь взаймы» Ремарка? Просто, чтобы мне ничего тебе не объяснять...
Утро в ре-миноре, пересыпанное табачным пеплом.
Долгая, в ватном тумане, тянется река.
Дохлая муха виснет на одной лапке.
Знаю тайну звука – за окном, о борт шлепает вода.
Мост, под ним черная дыра утекающей Сены. Туман белесый.
И, тогда мы выходим к воде
-Жаннет, ты читала Ремарка «Жизнь взаймы»? Просто, чтобы...
Hад белой чашкой ее глаза с темными кругами. Призрак прошедшей ночи еще здесь.
-Жаннет, ты читала?..
Хочется материться. Неужели, это кто-то, кроме критиков «Фигаро», читает? После «призрака ночи», он спрашивает – «Жаннет, читала ли ты Ремарка?». Финиш! Франция, этот мудозвон позорит твою литературу! Нет, я это переводить на «рус» не буду, своего дерьма хватает. Пусть Наталья сама выкручивается. Константину пусть подкинет, ему, похоже, все по фигу. А мне пока нет. Мне хватило пятнадцати страниц этой галиматьи, целый день теперь изжогой мучиться…
Тем не менее, я все же сохраняю этот doc. Выключаю комп и иду смотреть содержимое Наташкиного холодильника на предмет «заедания» бессмысленной четырехчасовой деятельности. Нахожу салями, печеночный паштет… и французскую булку. Черт, через этого… как его… Клода, можно возненавидеть даже французский хлеб. Ладно, проехали, постараемся забыть.
Пока пил кофе с бутербродами, вспомнил о встрече с Алексеем Ивановичем. Скосил глаза на настенные часы, на которых стрелки в виде ложки и вилки, а циферблат поделен на периоды – завтрак, обед, ужин. Непонятно почему, захотелось их швырнуть в помойное ведро…
Так, до встречи еще три с половиной часа.
Оставил Наталье записку, чтобы вечером не ждала и все, что я думаю об этом Клоде. Закрыл квартиру, вышел и, не торопясь, пошел пешком к «Октябрьской». Пока шел, «приплыли» мыслишки по поводу Россия-Франция. Надо будет не забыть и закинуть в «отсебятину».
Бистро «7 тараканов». Интересно, кто их там считал?
Попробовать сосчитать самому не удалось – объявление висит – «Кафе закрыто по техническим причинам». Про себя, тотчас же подумал, что оказался прав – считают все-таки своих тараканов. А мне-то за каким… пришлось в «Коньково» переться? 19.45.
Оп-ля, звоночек. Алексей Иванович… он не знает номера моего мобильника, значит, звонит не он. Или все-таки…
- Й-и-ес!
- Женя, не дергайся, и не верти башкой, я тебя вижу. Пастухов. – Все-таки он.
- Слушаю, Алексей Иванович.
- По техническим причинам, сам видишь, встреча переносится в другое место.
- Да. И можно что-нибудь поромантичнее, не люблю я эту живность, даже в названии.
- «Шоколадница» на «Октябрьской» пойдет?
- Кроме шоколада, там наливают?
- Нет.
- А… черт, у меня зелени в кармане немерено.
- Не в этом дело. Тогда ресторан «Чуланчик» на Ленинском. Метро «Шаболовская»
- Знаю, как-то проходил мимо. Мы что, уходим в подполье, мистер Бонд? В чем здесь прикол?
- Выдвигайся на исходную. Бери столик. Я минут через десять следом.
- Ол райт, мистер рэзидэнт.
- Кхм… До встречи. Отбой.
Ёшкин кот, с детства в шпионы не играл! Ладно, погнали.
«Чуланчик». Ничего, уютная дыра. Официанточки тоже ничего, проворные мышки, на «зеленькие» сразу глазками заблестели. Заказ с полунамека приняли. Правда, народу что-то многовато. Кажется «братки» что-то шумно отмечают. И еще одна большая компания. Нет, эти, уже рассчитываются. Свалили. Сразу просторнее стало. А вот и «Джеймс Бонд»… правда, засушенный слегка, не тянет на супершпиона, ни фигурой, ни фейсом.
- Евгений Павлович, я в пополаме…
- Зовите меня просто Женя. И я плачу, вопрос закрыт. Слушаю… вернее, для начала нальем водочки. Секундочку… любовь моя, где обещанная селедочка? Кстати, вас ведь зовут?..
Бровки выщипанные удивленно к потолку взлетели
- Лю-ба. Откуда вы?..
- Я, радость моя, экстрасенс. Так и где?..
- Ой, сейчас.
- Пулей… А, вот лимончик весьма кстати, чуть-чуть лучок приглушить. Так, Алексей Иванович, за непосредственное знакомство, мимо производственной необходимости.
- Ваше здоровье.
- Алексей Иванович, все же, давайте «на ты». Неловко право, я может в сыновья вам…
- Твое здоровье, Женя.
- Будем.
И так далее, по традиции до третьей, без особых изысков. До перекура.
Иваныч засмолил «Пегас», я «Горбатого».
- Ну, а теперь, я локаторы раструбом. Слушаю вас, Алесей Иванович.
- Вопрос раз. Ты откуда взялся?
- Иваныч… как у тебя с образованием? Давай, еще по одной накатим, чтобы про баб-с начать… чтобы отпал вопрос откуда кто.
- Погоди. Я тебя спросил - откуда ты пришел к нам?
- Откуда-откуда, с улицы пришел. Без работы целых три дня был.
- Тебя Графыч, где нашел?
- Через Интернет…
Информация к размышлению – «Графыч», он же, Пантелемон Ефграфович Шалевич (согласитесь, странное сочетание ФИО, какая-то нестыковка), он же, в междусобойчиках «Графиныч». У меня же он проходит, как «Порфирий». Сложновато, но ничего не поделаешь. Будет еще возможность поближе с ним познакомиться.
- … работу необременительную искал.
- И нашел.
- Что это так, мрачновато?
- Так я затем тебя и вызвал на разговор, чтобы предупредить…
- А как же насчет некоторых пунктов контракта, о неразглашении и…
- На то и правила, чтобы их нарушать.
- Логично. Ну, и что дальше?
- Ты сам, по жизни кто?
- А хрен его знает. Человек вроде, с руками, ногами и остальными мужескими причиндалами. Не заметно?
- Профессию, я имею в виду?
- Писающий мальчик. Иногда на журнальчик, иногда в собственный стол.
- То есть, человек интеллектуального… творческого труда?
- Да, вроде бы…
В это время от «братков» отвалился в нашу сторону один амбал. Сильно уже датый, но еще не до кондиции. К нашему столику подошел, подсел без приглашения и… надо же, трезвым совершенно языком Иванычу выдал.
- Привет «Пастух». Жив пока? Проблем нет? От «Бобра» привет тебе и благодарность.
Иваныч только подбородком недовольно дернул
- Передай «Бобру», что я на пенсии уже год. И в играх не принимаю участия.
- Так и передам. А если чего будет нужно, моргни только, мы уж постараемся уважить, добро помним…
- Не нужно будет.
- Смотри. Ладно, отдыхай, «Пастух», ты заслужил свой отдых. Ты правильный мужик.
- Прощай.
- Все, не буду мешать, с подрастающим поколением калякать. Счастливо.
Только от столика отошел, как его «заштормило», чуть соседний столик не опрокинул…
- Иваныч, ты каким боком?
- Мент я. Мент поганый. Бывший, правда. У этих хаза была на моем участке… старые дела.
- А я думаю, чего же ты меня допрашиваешь? Интересно-то как! Давай еще махнем и продолжим… допрос с пристрастием.
- Больше мне нельзя. Сам пей, если хочешь. Только закусывай лучше, на меня не смотри, я из дома недавно. Обедал.
- Пожалуй. Ну… давай дальше. А шашлык здесь дерьмовый. Пережарили.
- Надо было мне тебя к себе пригласить, да сын с внучкой не дали бы поговорить.
- Я слушаю, товарищ… кем был?
- Участковым. До капитана дотянул только.
- Тоже неплохо. Ну, и…
- Тебе, Графыч объяснил, что к чему?
- Только намекал о необычности…
- Так я и думал.
- А что такое?
- Попал ты, парень. Что-то темное во всем этом есть. Именно на твоем местоположении.
- Я вроде бы не девка, чтобы в «положении…».
- Ты, погоди. Объясню. Ты, как человек грамотный должен разобраться. Моих данных здесь недостаточно. Так что изложу пока одни факты. Где и как накопал – мое дело… - сигарету еще одну закурил, прищурился и начал.
- …Я на этом доме с самого начала. Полтора года уже. Странные вещи твориться стали с год назад. Может раньше, но тогда дом наполовину только был заселен, может, и незаметно это было. Ты в курсе, что седьмой этаж пустует?
- Что с того? Пока не продали.
- И не продадут. Там, наверху что-то знают и молчок. Не будут продавать эти две квартиры.
- Ну, и…
- Теперь смотри. Что-то творится только в твою смену. Не каждый раз… месяца через три-четыре. До тебя трое работали. Значит… первый был Михайлыч, потом Сашка и Леонид. Этот