Сегодня, одновременно выставляю два поединка в этой группе. Кто зашёл на этот поединок, зайдите сразу на 1-й и проголосуйте за оба поединка.
Тема: Любовь нечаянно нагрянет.
Что-нибудь любовное, романтическое. Можно эротику, но не порнографию.
Рассказы можно и старые.
Объём:
Верхний предел – 20000 знаков с пробелами
Нижний предел – 5000 знаков без пробела
Оценивать поединки может любой автор Фабулы, независимо писатель он или поэт. То есть любой автор Фабулы, независимо от того, участвует он в конкурсах или нет, может проголосовать за понравившийся рассказ. И его мнение будет учтено.
Не имеют право голосовать:
1) Гости
2) Анонимы
3) Клоны
Оценивать рассказы следует, примерно, по таким критериям.
Содержание: соответствие, сюжет, интрига, концовка. Не обращая внимания на буквы, словно вы смотрите фильм.
Повествование: стиль, герои, эмоции. То есть, то, что зависит от автора.
Каждый голосующий имеет права каждому автору поставить 0, 1 или 2 балла, по принципу:
0 баллов – рассказ не очень;
1 балл – нормальный рассказ;
2 балла – рассказ хороший.
То есть, все возможные оценки: 2:2, 2:1, 1:2, 2:0, 0:2 1:1, 1:0, 0:1, 0:0.
Не забудьте указать в пользу какого рассказа.
За победу в поединке даётся 2 очка, за ничью – 1 очко, за проигрыш – 0 очков.
ГОЛОСОВАТЬ В СВОИХ ПОЕДИНКАХ, КОММЕНТИРОВАТЬ СВОИ ПОЕДИНКИ ДО ОБЪЯВЛЕНИЯ РЕЗУЛЬТАТА – НЕЛЬЗЯ!!!
ПОЖАЛУЙСТА, СОБЛЮДАЙТЕ ЭТО УСЛОВИЕ!!!
Итак, в этом поединке встречаются рассказы «Мороженое» и «Старое пальто».
Мороженое
Женщина посчитала оставшуюся мелочь, на хлеб хватит. Подошла к киоску, где всегда продавали свежий хлеб. Какая-то бабушка выбирала сдобу, видно уже давно, даже очередь в три человека образовалась. Мария стала терпеливо ждать.
Дочка, стоящая рядом направилась к лотку, где продавали мороженое. Тщательно всё просмотрела, вернулась:
- Мама, купи мороженое!
- Лада, у нас нет денег. Осталось только на хлеб. Ты уже большая, через месяц в школу пойдёшь, должна всё понимать.
- Ладно! – дочь тяжело вздохнула и направилась обратно к лотку.
Жара. Так хочется этого холодного лакомства, но она девочка большая, знает, что у мамы, почему-то никогда нет денег:
«Ладно, завтра мама на работу уйдёт, упрошу бабушку. Хотя и у бабушки деньги тоже редко бывают».
- Дайте мороженое! – к лотку подошёл мужчина.
- Вам какое?
- Мне всё равно.
- Тогда возьмите вот это.
Продавец отодвинула стеклянную крышку и достала эскимо. Мужчина взял мороженное и… перехватил взгляд девочки.
- А ты красавица, почему не покупаешь?
- У мамы денег никогда нет! – девочка подняла глаза и вновь тяжело вздохнула.
- Ваша сдача! – продавец положила несколько купюр.
- Пусть ребёнок выберет мороженое!
- В смысле?
- Ну, ведь моя сдача ещё лежит на вашем прилавке.
- Пусть выбирает.
- Дядя, а какое можно взять? – загорелись глаза у девочки.
- Да, любой.
- Правда? А можно я и маме возьму.
- Бери! – кивнул головой мужчина.
Продавщица пересчитала сдачу и тут подошла мама девочки:
- В чем дело? – строго спросила она.
- Мама, а дядя нам с тобой купил! – радостно закричала дочь, протягивая мороженное.
- Зачем вы это сделали? – Мария повернулась к мужчине.
- Угощайтесь! – улыбнулся тот, глядя женщине в глаза. – Я, точно, не обеднею.
Произнёс мужчина и пошёл. Мария с дочерью, в другую сторону. Лада уже уплетала мороженое, и тут женщине тоже так захотелось окунуться в сладкую прохладу. Порвала обёртку. На секунду задумалась. Повернула голову назад. Словно почувствовав взгляд, он тоже повернулся, приветливо помахал рукой. Мария, улыбнулась в ответ.
Мама и дочь шли домой, ели мороженое и, почему-то так легко было на душе у Марии.
***
Прошёл год.
- Здравствуй, Рита! – она повесила на вешалку сумочку, взяла свой белый халат.
- Привет, Маша! – подруга тоже подошла к вешалке и повесила. – Как твоя, Лада, первый класс окончила?
- Половина – пятёрок, половина – четвёрок, - подошла к зеркалу критично оглядела себя. – Что новенького?
- Ой, Маша! – взмахнула руками подруга и затораторила. - Ты позавчера только ушла со смены – у нас здесь такое было. К нам привезли мужчину. Он телохранитель. Генерала спас. Как фамилия того генерала, не помню. Он главный в нашем областном ФСБ. В наш город зачем-то приехал. У телохранителя того две раны на груди. Олег Павлович и Серёга два часа возле операционного стола стояли. Спасли парня. Правда, он до сих пор в сознание не пришёл. Сейчас в седьмой палате. Этот генерал каждый день с областного центра приезжает. Этого Костю проведать.
- Посмотрю сегодня, что там за Костя.
- Ладно, Маша, я побежала, - она чмокнула подругу в щеку. – Как мне нравится, когда впереди два дня выходных.
Рабочий день Марии в отделении экстренной хирургии, где она работала медицинской сестрой, начался обычно, как начинался уже более десяти лет.
Дошла очередь и до седьмой палаты. Новенький был мужчиной неопределённо возраста, с огромными мышцами и седыми волосами на висках. Мария сменила капельницу. И тут раненый открыл глаза. Долго смотрел куда-то, то ли на потолок, то ли – на медсестру. Его губы шевельнулись.
Медсестра наклонилась над ним. Губы вновь шевельнулись:
- Я жив?
- Жив, жив! – улыбнулась Маша.
Тут дверь открылась, и вошел представительный мужчина в накинутом поверх дорогого костюма халате. Следом семенил главврач больницы.
- Как там мой? – задал мужчина вопрос, обращаясь к медсестре.
- Проснулся! – кивнула на больного Маша.
Мужчина наклонился над кроватью:
- Костя, как ты?
- Всё нормально, Максим Николаевич! – шепнул больной и попытался улыбнуться.
- Спасибо, тебе! – неожиданно для всех мужчина смахнул с глаз слёзы. – Не могу понять, как ты смог среагировать на тот выстрел.
- Я смертельные и судьбоносные взгляды спиной чувствую, - он вновь попытался улыбнуться, но гримаса боль исказила лицо.
- Извините, но вы должны уйти! – Маша решительно положила руку на плечо посетителя.
Тот выпрямился, смерил медсестру суровым взглядом и вдруг улыбнулся:
- Всё, сестричка, ухожу! – затем шутливо погрозил пальцем. – Теперь ты за него в ответе.
- Максим Николаевич, всё будет в порядке! – вставил своё слово и главврач.
- Ладно, Костя, я пошёл. Выздоравливай! – и генерал вышел.
Весь день Маша не могла ни на чём сосредоточится. Почему-то перед глазами стояло бледное лицо этого Кости, а в голове слышались его слова; «Я взгляды спиной чувствую». Словно с ней такое уже было, словно он и её взгляд, когда-то почувствовал спиной. И это не давало сосредоточиться только на одной работе:
«Какие глупости! Как можно почувствовать взгляд спиной? Как может быть взгляд смертельным? Тем более, мой. А судьбоносный? Причём здесь, спиной чувствую? Ой, какая ерунда мне в голову лезет!»
Очередная смена – теперь ночная. Ночные смены обычно нормальными не бывают, или очень спокойные, или такие, что до утра не присядешь. Экстренная хирургия, она потому и экстренная.
Мария свою работу, как всегда, начала с первой палаты, но почему-то хотелось быстрее попасть в седьмую.
Вот и седьмая. Он улыбнулся, попытался встать.
- А ну, лежите! – строго окрикнула Мария, но не выдержала и тоже улыбнулась.
- Мне уже легче, - стал он оправдываться, как-то по-детски.
- Сейчас капельницу поставлю!
Только она успела поставить капельницу, дверь открылась, и вновь вошёл тот генерал в штатском.
- Сестрёнка, не ругайся! – улыбнулся он, как старой знакомой. – Я на пять минут. Утром некогда было.
- Пожалуйста! – улыбнулась Мария в ответ. – Я уже ухожу
- Здравствуйте, Максим Николаевич! – подал голос больной.
- Здравствуй, Костя! Я к тебе по делу, - присел на его кровать. - Хватит тебе жизнью рисковать.
- Но…
- Костя, это приказ генерала Фёдорова. Знаешь такого?
- Знаю.
- Ты за свою службу успел и ему жизнь спасти и мне. Поэтому, кроме ордена и очередного звания, он приказал решить и все твои проблемы личного характера.
- Максим Николаевич…
- Костя, помолчи! Ты ведь местный?
- Да.
- После полного выздоровления, пойдешь работать замом в наш городской отдел.
- А справлюсь? Я ведь только и умею, что стрелять, да драться.
- Справишься! К тому же, - генерал улыбнулся. – Местный начальник на пенсию просится. Ну, что, согласен?
- Согласен!
- Значит, с этим вопросом решили. Квартиру я тебе выбью без проблем, - генерал встал. – Ну, давай! Выздоравливай!
***
«Кончились выходные, надо на работу собираться. Лада с бабушкой спят. Дочь уже первый класс окончила. Мне скоро тридцать. Мужики ко мне, почему-то подойти боятся, - Маша зашла в ванную комнату. – Наверно, я слишком серьёзная. Все подруги так говорят. Вот Костю я полюбила бы. Ой, а ведь частицу «бы» можно уже и не употреблять! Почему не покидает ощущение, что знаю его давно. Ведь не встречались мы с ним, не встречались. На вид он старше меня. Не женат. Похоже, сирота. Уж, в этом-то я хорошо разбираюсь. Была бы жена – от кровати не отходила. И мать – тоже. А здесь только этот генерал и приходит, но генерал областной. Хотя центр всего в десяти километрах от нашего города. Значит, и Костя не местный».
- Мария, - окликнул её главврач. – К одиннадцати часам с этого, к которому генерал приходит, сними бинты и приведи его в порядок. Приедут из областного госпиталя его осматривать.
- Хорошо.
- За эту неделю, пока он у нас, мне всю плешь проели, - главврач провёл рукой по голове, словно убеждаясь, что это действительно так, и пошёл по своим делам.
А у Марии начался обычный трудовой день.
Правда, обычным он был часов до десяти. Пока не заглянула в седьмую палату:
- Константин, в перевязочную! – старалась сказать это как можно строже, но голос почему-то дрогнул. – Сам дойдёшь?
- Конечно, дойду! – как-то радостно произнёс больной.
Одни в перевязочной.
- Снимай пижаму! – приказала строгим голосом.
«Какая у него широкая спина. И мышцы огромные. Вот так бы всю жизнь простоять за этой спиной. Нет, видно моя судьба, быть всю жизнь за всех ответственной. Ну, что надо убирать старые повязки. Сейчас ему будет немного больно»
- Маша, ты не бойся! – раздался его голос.
- Тогда держись!
Она обрабатывала заживающую рану на спине и слушала его. А женским чутьём чувствовала, это каким-то боком касается и её.
- Я уже к этим ранам привык. Генерал говорит, хватит воевать. Буду здесь работать. Работа мирная. Я ведь местный, в тридцать девятой школе учился.
- Я в двадцать первой.
- Хочу новую жизнь начать, мирную. Генерал квартиру обещал. Женюсь! - Костя на секунду замолк, словно решаясь на какой-то поступок. – Вот только она пока об этом не знает.
- Что ж ты своей невесте и сказать об этом не можешь, - в голосе женщины почувствовалось разочарование.
- Я не знаю, как это делается, - тяжело вздохнул Костя.
- Просто скажи, что любишь!
- Маша, я люблю тебя!
Она вздрогнула. И ещё не осознавая того, что он сказал, продолжила тем же властным голосом:
- Мы с тобой знакомы всего…
- Год.
- Какой год? – не поняла Мария.
- Год назад была жара. Я подошёл к лотку с мороженым. Около лотка стояла маленькая девочка. Такая красивая и серьёзная, и мне почему-то захотелось, чтобы она была моей дочкой. Потом подошла её мама. Так похожая на неё, я стала меня отчитывать. Я тогда не понял, что со мной произошло. Улыбнулся и пошёл. И вдруг почувствовал взгляд. Повернулся. Наши взгляды встретились.
Он замолчал, молчала и Маша зачарованная
