Василиса — просто Вася — жила на свете просто так. Обычная, ленивая, скучная, приземленная. Всю жизнь, с рождения, она следовала одному принципу: не высовываться и не делать ничего, если это возможно. Это касалось школы: если учитель небрежен с домашним заданием, то она никогда его не учила. Это касалось работы: если можно пофилонить и позалипать в потолок, то так она и делала. Она экономила силы. Для чего? Да просто так. Чтобы были.
В отношениях тоже ничего не клеилось. Она ждала принца, но вокруг были одни идиоты, не обращавшие на неё внимания. Ну можно же было хотя бы накраситься или голову помыть, но вдруг её кто-то заметит? Да и работа, на которой она сидела, коллектив вокруг, был таким же стареющим болотцем. Нет, конечно, у них были и яркие звездочки. Как же она любила вместе со всеми их обсуждать, находить ошибки в работе... А доносить начальству... Как это приятно знать, что кто-то хуже тебя. Звезды в их террариуме тухли или убегали.
Уже, наверное, год как погасла последняя звезда, и вроде бы все было стабильно, привычно. Но около кулера некого было обсуждать. Не на кого было смотреть, перешептываясь в кабинете. Начальница упорно звала её Ириной — именем давно уволившейся сотрудницы, чей функционал перешёл к Васе.
— Ирина, Ирина...
— Только я не Ирина, я — Вася.
— Вася? — она смерила ее с ног до головы. — Сегодня что, первое апреля?
По кабинету прошёл гул смеха. Вася так и знала, что нельзя выделяться. Ну зачем она что-то сказала? Зовут тебя Ирой, и ладно. Уже год как так зовут, причем все.
Василиса — просто Вася — давно усвоила: не высовываться и не делать лишнего — самый безопасный способ жить. Серая офисная рутина, стареющий коллектив, привычка обсуждать коллег за спиной — в этом болотце она чувствует себя почти уютно.
«Нормопатия» — едкая психологическая миниатюра о страхе быть увиденным, о добровольном отказе от имени и лица, о норме, которая душит быстрее, чем любой бунт. Рассказ входит в цикл «Сложносочинённые эмоции».
