Memento mori! Глава 9

Так летним днём забыта школа.
Какая школа в летний день,
Когда приставки от глагола
Нам отличить и то ведь лень!
Чему учились – всё забыто.
Об этом вспомним мы потом,
Когда под тяжким гнётом быта
Склонимся над пустым листом
Чистейшей девственной бумаги,
Надежды полные, отваги
Всех удивить, всех превзойти.
Иного нет у нас пути!
И всё ж хотя бы пару строчек
Я не могу здесь не черкнуть.
И лишь потом уже листочек,
Как календарь, перевернуть.

Как много песен нами спето
О школьных годах золотых,
Как много школою согрето
Сердец в стенах её родных.
И сколько б лет мы ни прожили,
Мы вспомним с нежностью о ней,
Мы вспомним тех, с кем мы дружили:
Девчонок вспомним и парней;
Мы вспомним дни сентябрьских чисел,
А так же первый наш звонок,
И снова первый наш учитель
Нам первый объяснит урок.

Но я давно уже не вижу
Из окон класса школьный двор,
И оттого милей и ближе
Мне слов причудливый узор.
Я помню, как крючки, кружочки
За партой сидя, выводил,
Как буквы прыгали из строчки,
И пальцы в пятнах от чернил.
Но это было лишь вначале.
Уже на завтрашний урок
(Как педагоги отмечали)
Всё было чисто, верно, в срок.
Я был усерден и прилежен;
В послевоенных трудных днях
Не избалован, не изнежен –
Держали в строгости меня.
И за помарку и четвёрку
Мне обещали дома порку.
Отец меня не часто бил,
Ведь я в отличниках ходил!
Из школы круглые пятёрки
Я ежедневно приносил,
Успешно избегая порки,
Старался из последних сил.
Страх – вот он двигатель науки!
Пройдя сквозь тернии и муки,
Усвоить твёрдо каждый мог
Ремнём преподанный урок.
Но слёзы боли и обиды
Лились не долго – не вода.
Они, как некие флюиды,
Вмиг исчезали без следа.

А в настроенье, им на смену,
Воспоминания о том,
Как вдруг в большую перемену
Мне подложили толстый том –
Преинтереснейшую книгу,
Где был король и кардинал,
Друзья, попавшие в интригу,
И полный доблести финал.
Ту, что дала мне книгу эту,
Я и под пыткой бы не сдал.
Но всё ж, как по секрету свету,
Об этом в классе каждый знал.
Ведь любознательному люду
Был вряд ли тайной мой секрет,
Что я – почти анахорет –
Влюблён был в Карташову Люду.

Я помню новогодний бал;
Все были в масках и костюмах,
И было много смеха, шума.
Лишь я, униженный, страдал.
Костюма мне не сшили к сроку,
А в школе праздник – маскарад.
Как не готовому уроку
Я маскараду был не рад.

Никто не знал, что будет драма…
Меня уговорила мама,
Хоть что-нибудь надеть пока
И вжиться в образ старика.
И в смелости почти что львиной,
И проглотив обиды ком,
Я нарядился стариком.
А Люда – сказочной Мальвиной!

В отцовской клетчатой рубашке
Я, подпоясан кушаком,
Как пахарь на весенней вспашке,
Себе казался дураком.
Немудрено, что с Людой рядом,
Бравируя своим нарядом,
Великолепен и хитёр,
Вдруг оказался мушкетёр
С усами, в шляпе и при шпаге,
В костюме из простой бумаги.
И этот клоун и позёр
Лишь увеличил мой позор.
С тех самых пор рубашки в клетку
Носить я как-то не спешу,
Но надеваю, хоть и редко:
Жена погладит, я ношу.