Женщина с сигаретой (страница 1)
Тип: Проза
Раздел: По жанрам
Тематика: Рассказ
Автор: Mr. Tiger
Баллы: 8
Читатели: 26
Внесено на сайт: 17:35 11.06.2018
Действия:

Женщина с сигаретой

- Вы женитесь на мне?

- Всепренепременнейшим образом!

- Вы опять меня рассмешили! Ну зачем вы так сказали?

- Как?

- Вот так – всепре... всепренепре.... Я не могу это выговорить! Повторите, пожалуйста!

- Нет.

- Почему? – она притворно надула губки.

- Надо было следить за рукой мастера. А теперь уже поздно.

Две вещи заворожили меня в ней сразу же. Её манера держаться на глазах у сотен гостей... Нет, не так. Её манера держать на себе внимание сотен гостей. И второе, как она курила.

Второе было божественно! Неужели кроме меня это больше никто не оценил? Можно ли это описать? Не знаю. Ведь каждый видит только то, что ему позволено. А я, скорее всего, был тем счастливчиком, которому позволено было всё. Вся палитра красок. И её тонкие красивые кисти рук, и грациозное движение, которым она открывала портсигар. Кстати, очень дорогой работы старых мастеров. И то, как она прикуривала сигарету из рук кого-нибудь, кто «случайно» проходил мимо. Сделав первую затяжку, она откидывала голову назад, и её чуть вьющиеся волосы делали обворожительную волну. Charmant!

Первое же в принципе не поддаётся описанию. Тут и Набоков бы был бессилен.

- Можно я буду вас звать Августином?

- Можно. Это красивое имя.

Она подошла ко мне первая. Минут через сорок, когда отнудели отцы города, и со сцены волной нахлынули первые звуки фокстрота. По-моему, это был «Дым Роберта».

- Нет. Августин вам не подходит...

- Вы так полагаете?

- Однозначно. Августин – клавесин. А вы не музыкальны. Совершенно. Это же видно!

- Вообще-то, я даже написал одну мелодию.

- Вы врёте!

Её улыбка была также совершенна, как сигарета в руках. Я рассмеялся.

- Да. Хотел вам выдать «Собачий вальс» за свой шедевр.

- Ну если «Собачий вальс» сочинили вы, то «Собаки играют в покер» написала я.

- Отлично. Теперь я хоть знаю вашу фамилию, мисс Кулидж. Правда, картину писал мужчина. Но это же мог быть и ваш псевдоним.

- Очень вероятно. Очень. Пойдёмте танцевать?

Она была мила и эксцентрична. А я? А я чувствовал себя неизвестным полотном да Винчи, выставленным в Лувре впервые.

- Вы слышите этот ужасный хруст мужских шей? – прошептала она мне на ухо, - все вам завидуют. Вы любите славу?

- Не очень, если честно.

- Почему? Вашей импозантности слава как нельзя кстати. Хотите, я позабочусь об этом?

- Хочу. Но позвольте спросить, каким образом?

- Это просто. Для начала давайте поймём, что вы любите.

- Фондю. Сырное. Это подойдёт? И «Шато Шеваль Блан».

Она посмотрела на меня, как учитель на нашкодившего первоклашку.

- Моему отцу принадлежит эта марка. Но я не помню, чтобы вы когда-нибудь его покупали.

Врать надо всегда с уверенным выражением на лице:

- Может быть, вы запомнили моего дворецкого?

- Он такой, с густыми седыми бакенбардами? В тёмном смокинге и белая роза в петличке?

- Вот негодяй!

- Почему?

- Это был дворецкий моего дворецкого.

- А вы его просили самому выбрать бутылочку вина?

- Ну разумеется! Теперь я вычту из его жалования.

- Не будьте бессердечны. Простите ему в этот раз.

Фокстрот закончился. Но взгляды продолжали висеть на моей спине, как кольчуга. Ещё немного и я грохнусь под их тяжестью.

- Не хотите выпить?

- С удовольствием. А ещё я бы хотел посмотреть, как вы закурите сигарету.

- Правда? В этом есть что-то особенное? – она удивлённо подняла брови.

Я не ответил. Иначе бы выдал себя с потрохами. Мы сели за стойкой бара. Я специально выбрал то место, где лежала забытая зажигалка. И первый раз в жизни пожалел, что не курю.

- Мои руки, - сказала она, доставая из сумочки портсигар, - почему-то нравятся всем учителям музыки. Меня чуть не силой заставляли учиться фортепиано. Но, слава Богу, мой отец, когда возвращался из плаваний, всегда спасал меня.

- Разве он не был сомелье?

- Был. И был отважным моряком. Я делаю отца таким, каким хочу. Он разный.

- Ну тогда, ведь это он написал «Караван»?

- Скорее всего. Я не помню. Он очень часто играл мне красивую музыку. И мы танцевали почти каждый вечер. Если только он не дирижировал в Ла Скале. Вы очень похожи на него.

- А как его звали?

- Пьер. Иногда Жорж. Когда он сердился, он был Джоном. Когда я скучаю по нему, то зову его Анхель. Да, кстати, я забыла совсем! Ваше имя...

Она откинулась и стала пристально меня рассматривать. Уголки её губ приподнялись.

- А как звали вашего дворецкого?

- Симон.

- Нет, категорически нет! Его не могли так звать. Так звали борова на ферме моего отца. Придумайте что-нибудь другое.

Я притворно нахмурил лоб.

- Франс.

- Это лучше. Тогда вас должны звать Луи.

Нам наконец-то принесли коктейли. Она сделала глоток и подняла зажатую между пальцев сигарету. Краем глаза я заметил какого-то прыща с зажигалкой наперевес. У него не было и шанса. Небрежно я чиркнул забытой на стойке и вновь залюбовался волной её волос.

- У вас есть дети? Они, наверное, очень милые, потому что похожи на вас.

- Сын. Он уже взрослый.

- Какая прелесть. Наверняка он звезда кинематографа! Я представляю себе, сколько у него поклонниц! И как вы вечерами сидите и разбираете его почту.

- Почти так. Не знаю, ценится ли в кинематографе разбитый боксёрский нос? Если да, я его немедленно туда определю.

- Разбитый нос? Какой ужас. Хотя нет! Это так мужественно. Вы просто обязаны говорить всем, что его нос разбили, когда он заступился за несчастную девушку! Ну согласитесь! Да, но вот, что странно... Вы совсем не спрашиваете обо мне.

- Я не хочу.

- Это так романтично! Вы не хотите? Или не хотите - не хотите? Ну вот, прям, ни капельки?

- Нет.

- Пусть так. Тогда кто вы?

- Грабитель банков.

Браво, Луи! Как ты сообразил? Тебе не кажется, что для налогового инспектора у тебя слишком высокий IQ?

- Это романтично вдвойне! Но вы опять врёте.

И опять эта улыбка. Если я не обволоку весь сегодняшний вечер враньём...

- Почти нет.

- Как можно почти не врать, Луи?

- Можно. Но этому долго учиться.

- А разве не бывает от Бога? Ну вот, ты можешь почти врать, но нигде этому не учился. Я бы хотела обладать таким талантом. Мне бы это так было к лицу! Вы не находите, мой милый грабитель банков?

Наконец-то она дала мне возможность рассмотреть её всю не торопясь, не украдкой. Но, Луи, не забывай о приличиях! И не дыши так шумно.

- Луи, это невежливо так долго думать над моим вопросом!

- Нет. Вам будет к лицу другой талант.

- Интересно...

- Вы – писатель. Писательница.

- Как вы узнали!? Я ведь, правда, кое-что пишу. Так, в свою тетрадь. А потом получается забавно.

- Что именно?

- Ну... Сначала что-то напишешь, а потом вдруг смотришь, и уже сняли фильм. Как будто кто-то читает мою тетрадь. Но этого не может быть. Я храню её дома и никуда не выношу.

- Фантомас. Ваше первая запись называлась «Фантомас». Я прав?

Она рассмеялась. Это было так искренне! У искренних людей – искренний смех.

- Нет. Но я почти обиделась. Шучу.

Вдруг я понял, что вокруг уже никого нет. Когда этот вечер успел закончиться? Мне было плевать.

- Тогда расскажите.

- Сначала был тот исследователь всяких религиозных символов и знаков. Я придумала его после того, как нашла у отца старую книгу. Потом я подумала, что надо бы в Ватикане придумать ему приключение. Что он должен кого-то спасать, разгадывая странные загадки. Что только он один может их разгадать. И они сняли потом какое-то кино.

- Про ангелов и демонов?

- Не помню. Кажется, да.

- А потом?

- Потом я влюбилась в мир моды и представила, что я – глава мирового журнала. Даже придумала название ему. «Подиум». Я – истеричная, влюблённая в своё дело профессионалка, которую не устраивает ни одна секретарша. И вот мне находят какую-то лохушку. Но она... Вы даже не представляете! Это была лучшая девушка, которую только можно было найти. Я, именно я, сделала из неё лучшую. Но это всё потом печально закончилось... А потом вышел фильм.

- Дьявол носит...

- Вы женитесь на мне?

Первый раз в жизни я узнал, как из груди выскакивает сердце.

- Всепренепременнейшим образом!

- Вы опять меня рассмешили! Ну зачем вы так сказали?

- Как?

- Вот так – всепре... всепренепре.... Я не могу это выговорить! Повторите, пожалуйста!

- Нет.

- Почему? – она притворно надула губки.

- Надо было следить за рукой мастера. А теперь уже поздно...

Я буду последним идиотом, если ещё раз пошучу.

- Вы выйдете за меня замуж? Я прошу вашей руки!

- Да. Конечно. Иначе и не может быть. Когда вы говорите серьёзно, перед вами невозможно устоять.

- Как вас зовут?

- Придумайте сами. Я доверяю вашему вкусу!

Я нахмурил лоб. Уже не притворно.


Оценка произведения:
Разное:
Подать жалобу
Обсуждение
Ирина Каденская      19:49 11.06.2018 (1)
В очередной раз порадовал моё эстетическое чувство)
За это - мерси!
Mr. Tiger      19:58 11.06.2018 (1)
1
Это для нас удовольствие - вас радовать, барышня!
Вот сижу, вымучиваю очередное...
Море, лайнер, казино, две незнакомые женщины.... ))))
Ирина Каденская      20:00 11.06.2018 (1)
А мне нравятся рассказы на военную тему)))))
Mr. Tiger      20:08 11.06.2018 (1)
Хорошо! Я поставлю на палубе духовой оркестр и положу там же
пару пьяных в слюни полковников! )))) шучу.
Ирина Каденская      20:12 11.06.2018 (1)
Не, не надо такого)))
А вот что-нить типа "Дурочки" я бы почитала. Серьёзно.
Mr. Tiger      20:14 11.06.2018 (1)
Ох, Ир...
До этого дозревать нужно. Пока только сжимаю пружину....
Ирина Каденская      20:22 11.06.2018 (1)
Ну вот, я буду стимулировать, значит))
Mr. Tiger      20:27 11.06.2018
1
Абгемахт!
Но пока вот так
Ждём-с.... ))))
Хельга Рэндэз      19:05 11.06.2018 (1)

*слова похвалы к этому произведению считаю излишними*
Mr. Tiger      19:17 11.06.2018
Ну отчего же, отчего же?..... )))) шучу )))
Книга автора
Шурик с Яблочной улицы 
 Автор: Наталья Коршунова
Публикация
Издательство «Онтопринт»