Опубликовано 1991, ноябрь
До развала Советского Союза остается немного времени.
В 1923 году из населённой преимущественно армянами части Нагорного Карабаха была образована Автономная область Нагорного Карабаха (в 1936 году, после принятия новой союзной конституции, была переименована в Нагорно-Карабахскую автономную область).
В ходе Карабахской войны 1992—1994 годов регион де-факто перешёл под контроль непризнанной Нагорно-Карабахской Республики, признаваясь при этом международным сообществом за Азербайджанской Республикой.
INTRO
Во время радиосеанса нередки помехи, и чтобы не повторять как попугай "приём-приём", офицеры говорили:
- Раз, два, три - двести сорок четвертый, приём!
За время командировки в НКАО любой из командиров наговорил фразу больше тысячи раз.
#1
Карабах-барабах-Бабах!
Создается впечатление, что в Нагорном Карабахе друг другу противостоят не армяне и азербайджанцы, а исламский и христианский миры.
Цитата, по радио:
"Голос Армении передает и публикует письма. Мы умрем на этой земле, но не оставим ее."
Не знаю, как будет со второй частью этого обещания. За первую половину этого года жертв в конфликте больше, чем за весь прошлый год.
Это гражданская партизанская война, беспощадная даже по средневековым меркам. Речь не о том, кто стоит за этим. Я о тех, кто стоит между.
"...Там, в Нагорном Карабахе,
в хищном городе Шуше,
я изведал эти страхи,
соприродные душе," -
пророчествовал Осип Мандельштам 60 лет назад.
Что же делают в Карабахе молодые солдаты, кому нет двадцати лет? Их разваливающаяся родина, - Советский Союз, - требует выполнения воинского долга. Их долг - предотвращение кровопролития.
Противоборствующие стороны стреляют по армии, по внутренним войскам, стремясь втянуть их в вооруженный конфликт. Это - страшно. Со всех сторон враги ведут огонь по военным, повинным в том, что их поставили живой стеной между двумя непримиримыми народами.
Армия тщетно старается образумить обе республики и сама становится объектом нападения. Долго ли ей здесь находиться, в непредсказуемой обстановке этого вывернутого наизнанку мира?
Не знает никто.
Третий год конфликта, страданий и крови. Смерть и горе, впереди - беспросветность.
#2
Колесо цвета хаки
Старшим дальневосточной группировки в Нагорно-Карабахской автономной области был полковник Виталий Колесниченко. Его должность в управлении комендатуры - зам.нач.штаба ("зэ-эн-ша", ЗНШ) по оперативной работе. По долгу службы он колесил по пыльным карабахским дорогам. Трудно назвать точку, где бы не видели напористого, умеющего решать вопросы офицера.
Военный до мозга костей, он и подчиненным не давал расслабляться. Люки БТРа задраены, наводчик пулемета - на своем месте, его палец на гашетке. Башня вращается на все 360 градусов в ожидании внезапной атаки.
Несколько дней Виталий Данилович ночевал в свинарнике на военном аэродроме при смене войск. Томился в ожидании представителей армянской и азербайджанской сторон на ничейной территории между ними. Вывозил из блокированных станций вагоны с продовольствием, вернее, расчищал и охранял пути, ведущие в Степанакерт.
Повсюду неустроенность, чужая речь, претензии, угрозы, обиды. Впрочем, как у всех офицеров.
Если в сводках новостей по ТВ вы замечали двигающийся на полной скорости БТР, у которого даже колеса выкрашены в цвет хаки, знайте, что в нем мог ехать под свист пуль на очередной раунд переговоров полковник Виталий Колесниченко.
#3
12 фарад
Какая может быть связь в горах? Спустился в ущелье - связь пропала. Свет отключили, дизель не заводится - нет связи с Центром. В ответе за всё был один человек - подполковник Николай Комков.
Николай Николаевич проделал большую работу. Существуют много каналов служебной, правительственной, оперативной и других видов связи. Подполковник Комков выстроил их работу. У районных и сельских телефонистов над рабочим столом был прикреплен лист бумаги: "Комков на связи - дать канал!".
Туда, где был Николай Николаевич, сразу подходил народ. Он разговаривал, не стеснялся задавать вопросы. Вместо японского языка стал изучать армянский. Его успехи признали местные старожилы.
Какая может быть связь в горах? Голосом? Не докричишься. Визуально - не насмотришься. Остается по радиостанции.
#4
Военная комендатура в "Степане"
Степанакерт. Со слов офицеров, многие из них не знали, куда точно добираться к месту командировки. Но уже через несколько дней запросто называли этот небольшой городок "Степаном", "Степухой".
Степанакерт - столица непризнанного Нагорного Карабаха. В центре "Степана" на площади Ленина расположено здание бывшего обкома партии. Его заняла КРЧП - Комендатура района чрезвычайного положения. В распоряжение коменданта на три месяца прибывают офицеры с одного из регионов страны, затем планово меняются.
"Степуха". Если следить за событиями по новостным сводкам, может показаться, что кроме стрельбы, голода, патрулей и смертей; кроме оцепленных колючей проволокой площади и вокзала, в мире горожан больше ничего нет. Тем временем люди живут, дышат, ходят на работу, радуются и негодуют. Как мы.
Неся службу в Карабахе, наши дальневосточники изучили все тропинки на древней земле; проехали не раз по всем дорогам, побывали в каждом селении. Везде боль, слезы, страдания. Мои дневниковые записи, - зарисовки "оттуда", вырванные мной из ткани бытия. Под пулеметными и автоматными очередями, обстрелами ракетами, под грохот взрывов водозабора, насосной и компрессорной станций. Они без полутонов и уравновешенных переходов от хорошего к плохому.
Здесь только черное и белое. В Карабахе есть жизнь или смерть.
#5
Кондуктор, не спеши...
Когда смотришь на вырытую, но еще не обезвреженную мину, возникает неприятное чувство, что она рванет на куски под силой твоего взгляда. Невольно отведешь глаза.
Подполковник Виктор Пащенко каждый день глядит, смотрит и разглядывает мины и фугасы. Его дело - обезвреживать установленные боевиками взрывные устройства. Он рассказывает:
- Технология взрывного дела у боевиков повышается. Раньше они закапывали столитровые бочки с аммоналом,. Их взрыв мог сбросить БТР с дороги в ущелье. Сейчас появились разрезанные пополам газовые баллоны с тем же аммоналом. Их вес - 10-15 кг. Вывести из строя бронетехнику такая мина не может, но для автомобиля - достаточно.
Сегодня БТР и бензовоз в 12 км от Умудлу подорвались на двух минах и приняли бой. На том месте обезвредили восемь мин, одну из них противотанковую. Со знанием дела в каменном мешке горного серпантина было установлено минное поле.
Прежде были мины "с сюрпризом", - неизвлекаемые, но в данный момент они почти не встречаются. Подозрительные мины сдергиваем с места кошками, подрываем на месте.
Ночью на дороге урчит БТР. Крутой спуск, подъем, разворот. На любом участке есть вероятность наехать на мину, получить в борт выстрел из гранатомета. Если не прикрыт верхний люк, то гостья-граната через него залетит. Район контролируется армянскими боевиками. В БТРе возвращаются с разминирования солдаты-минеры. Старший - подполковник Виктор Пащенко.
Через несколько часов фары БТРа очертят круг на стене комендатуры, и военнослужащие перетаскают в угол дежурного помещения подрывные снаряды, катушки провода. Сдадут найденные и обезвреженные гранаты, взрыватели, аккумуляторы и другой уже неопасный хлам.
#6
Контраст-максимум
Обязанности коменданта района чрезвычайного положения НКАО и прилегающих районов Азербайджанской республики выполнял генерал-майор Борис Максин. С его приходом на этот пост нормализовалась жизнь Степанакерта. Его кредо - войска нейтральны и не ввязываются в политические споры.
Информирует Борис Максин:
- В целом обстановка сложная. Рассчитывали, что приезд в Степанакерт Бориса Ельцина снимет напряженность, но этого не случилось. Противостояние вспыхнуло с новой силой в Кркджане, пригороде Степанакерта. Ежедневно в его кварталах подлые руки стараются убить ребенка, идущего в школу или женщину.
Решая насущные проблемы с простым народом, убеждаешься, что он - игрушка в руках политиканов. Войска делают всё, чтобы не допустить кровопролития. Нужно обеспечить жизнь городу. К примеру, сегодня в ночь весь выпеченный хлеб разворовали, а запасов муки на весь город осталось 1,5 кг! Нечего было везти в детские учереждения. В 16.00 мной была применена сила на ж.д. станции Ходжаллы, где блокировались вагоны с продовольствием. Азербайджанские женщины привязывали на спину детей и садились на рельсы, лишь бы не пропустить вагоны в Степанакерт. Где точно такие же дети сидят без хлеба, молока, сахара. Могу сказать, что вагоны с продовольствием мы доставили в город.
Использовать войска как бумеранг в горячих точках - недальновидно. Я сказал руководителям местного уровня:
"Хватит бегать ко мне и докладывать о конфликтах. Езжайте и разбирайтесь. Войска задействуем в самую последнюю минуту. Не нужно пугать народ оружием, выстрелами и бронетехникой."
Думаю, что сейчас нужно сосредоточиться на выполнении подписанного коммюнике. Сказать "остановить кровопролитие" - слышали 1000 раз, нужен механизм реализации задуманного.
#7
Культурный бункер
Стемнело. К комендатуре возвращались БТРы. У дежурного слышались доклады из районов. На этажах перемещались офицеры с автоматами и в бронежилетах. Здесь, в управляемом хаосе коридоров, паутины телефонных проводов, гранат и шкафов с боеприпасами обнаружилась небольшая комната, где светились мониторами два компьютера "Ай-Би-Эм Пи-Си".
За цветным дисплеем сидел майор Сергей Перкунов.
- Моя задача, - говорит Сергей, - обеспечивать работу информационно-технического центра, - сбор оперативной информации и ее обработка на компьютере.
Заработал принтер, из него выполз лист бумаги, исчерченный диаграммами, графиками, символами. Снаружи на улице метался свет фар, горели прожектора, на постах стояли часовые.
#8
Гостиница " Карабах"
Крышу над головой хотя бы раз в несколько суток желательно иметь. Жизненные условия обеспечивал комендант гостиницы "Карабах" капитан Юрий Черноусов.
- Проблем - море, - делится впечатлениями от пребывания на карабахской земле Юрий. - Шпана рвется в гости к беженцам, воду отключают и свет. Штукатурка валится на голову, - за 20 лет в гостиницене было ремонта.
Вчера ночью был ракетный обстрел. Ракеты свистели над гостиницей, пули залетали в номера. Беженцы высыпали в панике на улицу. Время - три ночи. Опять, Олег, успокаивай...
