Если лежать 100 дней на смертном одре и по капле выдавливать из себя раба, текст романа от этой акции лучше не станет.
Если каждый день работаешь над романом, несколько дней складываются в одни сутки, а месяц превращается в один день.
Герой романа должен быть интересен не только антилогикой поступков,
зрячей слепотой и безнравственной мятежностью,
но и своей данностью,
которую за давностью читатели давно подзабыли в своей частной жизни.
Посвятить ли отдых захватывающему чтиву о герое-одиночке,
кто тратит годы своей жизни на отчаянную борьбу с надуманными условностями
коллективного разума угасающей, загнивающей европейской цивилизации в расцвете своего заката?
В повествовательном тексте непредвиденные события просчитаны; их немного и каждое играет свою роль вплоть до финала. В ином случае в тексте череда случайностей неумолимо превращается в поток случайностей, где неслучайность не имеет значения; и в сумме возникает другая реальность.
В самые трудные минуты жизни моего героя романа мне хочется подарить ему воспоминания, каким он был успешным, вдохнуть в него полтора галлона сжатого воздуха, чтобы он воспрянул духом.
Низ-зя! Мой роман не о том, каким ты был, а кем ты есть сейчас. Текст об отношениях двух людей, а не о старческих воспоминаниях,
Были и мы рысаками, и я, лихой парень, гарцевал на вороном коне пред милой дивчиной. То сражаюсь с героем романа в ходе повествования, чтобы не заводил любовных связей на стороне, или не в той стране;
то в финале романа вступаю схватку со временем, которое неумолимо стирает яркость воспоминаний героя и разрушает миф о его обожаемой пассии для него самого.
Для меня это означает: любимая модель для фотографа - это категория абсолюта, simplex et absoluta, - простая и совершенная. Ее невозможно ни с чем сравнить. Бессмысленно, как если математическую бесконечность ставить в зависимость от роста цен на продукты питания.
Нельзя разрушать образ модели. Есть предел, после которого весь текст рассыплется.
Желание придать моему роману шарм гоночной трассы "Формулы-1" весьма сильно ограничило меня в использовании художественных приемов, чтобы удерживать внимание читателя. После гоночного болида все автомобили кажутся старыми и дохлыми, а события - тлетворными и пронафталиненными.
...Она уходит и оставляет после себя выжженную пустыню. Любимая девушка-модель - точка экстремума для фотографа, после ее отсутствия-присутствия в тексте уже нет тайны.
Ни до нее, ни после не могу ввести в сюжет
никаких ярких персонажей
ни женского, ни мужского,
ни мульти-пульти,
ни прямо-косо-противо-поло-ложного полов.
Коты и кошки - не в счет.
