Заметка «Фёдор Никитин. Прогноз по выборам» автора Алексия Зубова

Обновление редакционной коллегии, дорогие коллеги, будет похоже на реконструкцию старой скрипучей телеги.
Поменяют, как говорится, шило на мыло - с чем я категорически не соглашусь. Сделают так, одно потёртое мыло сменят на другое, упакованное в разрисованную бумагу, мыло второго сорта.
Когда ни загляну на сайт, мне тычат в глаза главную страницу, пересрись, она лезет как бы на меня. А я с этим решительно не заодно.
Кажись, едрись, лицевая сторона сайта. И лица, пребывающие на ней, всегда одни и те же. А где же иные лица, спросите вы, ведь тут, кажись, тысяч десять людей?
Но вот вам искромётный рассказ в деталях.
Матёрый редактор прозы, спец по русской речи, терпеливо выберет себе семерых помощников, авторов, повидавших много на своём веку.
Редактор поэтического раздела, прожжённый рифмоплёт, сперва решит, что ему не нужны сообщники, но передумает и удосужится подобрать нескольких, дружину дюжих писателей, из них половину отбросит и оставшихся пятерых приманит вознаграждением, виртуальной валютой, за которую можно приобрести временную анонимность.
Совместными усилиями перейдут в эзотерический режим - чтобы придумать двух рецензентов. Одобрительный рефрен референта уместен. Встретившись с мысленными отклонениями и пройдя через ментальное ослепление.
Их, рецензентов, один бывший корректор, второй подрабатывал репортёром в провинциальной газете, передавая новости, назначат и они станут соревноваться, чтобы выяснить, чья тень длинней.
Взойдя на серую крышу бизнес-центра, встанут посредине, между спутниковыми антеннами, пятнадцать членов редакционной группы встанут вокруг, чтобы дивиться зрелищем. А Фёдор Никитин, взойдя на крышу двенадцатиэтажного здания, что неподалёку, будет разглядывать их через бинокль, привезённый с СВО, повидавший всякое, но такого, что происходило на крыше бизнес-центра, не видавший.
"Пэриэстан залупаца", - сказал тем временем один из рецензентов сопернику.
"Перестань скулить", - ответил другой.
Диалог продолжился:
- Пассосси, может быть, яичница!
- Блиад!
- Говнюк!
- Мне это до лампочки.
Кто-то из редакционного круга, устав ждать, крикнул:
- Йобни йиво!
Кто-то ещё из полукружья:
- Эй, сучка дёрганая! Кушай говнюка!
- Иди к чёрту, - бросил ему говнюк.
- Гндон! - услышали все тихий и жёсткий ответ.

А ведь ещё недавно они всем собранием прогуливались в еловом лесу и занимались игротерапией.
Теперь они кое-как двигались по спирали и редкие светильники, похожие на яркие запятые, вели за ними наблюдение.
Почему их так много, логичный вопрос, чем они заняты там?
Они ворочают тяжёлые грузы, выбирая лучших из лучших для лицевой страницы. И ты, пересрав в отдельном помещении, открывши в браузере сайт, вздрогнешь, ведь тебе навстречу прыгнет его лицо, испачканное однообразным текстом. "Джебат мой лисий череп, - молвишь ты, - опять те же самые импотенты".
Так что я, бывалый персонаж, не рекомендую. Ожидайте реальных перемен, как орали когда-то, перемен требуют наши глаза и сердца. Тектонические сдвиги происходят во всём мире, глядишь, и нас коснутся.
Привет все читателям. Фёдор Никитин

постскриптум
И забывши, что хотел ещё сказать, я не скажу вам этого.
Хотя нет, если на то пошло, я добавлю, что титульный лист любого литературного объединения, думает, что красив, а на самом деле грязней городского тротуара ранней осенью.
И вспомнивши, что имел сказать, в конце поединка, когда солнце продвинулось на несколько метров вперёд, я своими узрел, что узнать, чья тень длинней у них не получилось, ведь у них не было теней. Они стояли, семнадцать, кажись, рыл, упираясь в железобетонную вертикаль, которую покрыли здесь мембраной ПВХ квалифицированные кровельщики. Они пытались увидеть свои тени. Sorry seems to be, теней у них не было.