«В моей личной иерархии художников я ставлю его (Скрябина) рядом с Достоевским и Ван Гогом за щедрость и жестокость, которые, как я чувствую, они разделяют — во всяком случае, это три моих любимых художника».
Как верно подметил Нуреев. А еще страшную (фантастическую) реальность романов Ф.М. и югэн Винсента словно бы обрамляет теплое рембрандтовское свечение — сострадание миру двух великих художников.
