Огромное счастье — хлеб!
В деревянных лотках везли его в сельпо и на лошадях и на машинах. Первейший товар!
На крыльце, обычно народ толпится, ждёт горяченького:
— Мария, дочка, не тяни, начинай торговлю!
Продавщица молоденькая и так спешит, спотыкается, замками гремит. Лоток один в сторону — для себя и "почётных покупателей".
Очередь в щелочки заглядывает, бубнит ерунду всякую.
Люди-то, поди разучились хлеб печь! Разве что на Пасху куличи.
Да и, правда, зачем?
Стоит хлебушек копейки. Бери сколько хочешь, хоть мешок. В мешок удобно класть, не то что в авоську.
И по мешку брали. Коровку угостишь, лошадь. Куры, и те ждут, топчутся у порога, знают, — за хлебом хозяйка побежала.
Бывало несёшь домой ароматные, до головокружения, буханочки в авоське или так, — в руках, да и отломишь кусочек. Затем другой кусочек, третий. Хорошо! Вкусный хлебушек, живой! Глядишь, а от буханки и след простыл.
В некоторых сёлах пекли хлеб особенный! "Лучше во всём мире не сыщешь!" Ох и ценил народ таких специалистов.
И председатель колхоза гордился!
Не один такой был разговор, в разных местах.
— Знаешь, Саша, какой у нас хлеб в деревне пекут! Это тебе не пирожные ваши с тортами.
Вот так!
Хлеб на Руси всегда имел особенный — сакральный смысл.
А как же без хлеба-то жить?
