В стеклянном мире — призма из воды,
Здесь каждый вдох — распад на спектр и звуки.
Мы пишем в пустоте свои следы,
Скрестив в молитве ледяные руки.
Здесь время — блик, застрявший в глубине,
Здесь свет топорщится, плодя измену,
И рыба, заточённая вовне,
Не верит в то, что выйдет на арену.
Мы — только шум в настройках пустоты.
Там призма лжёт, дробя волну на части,
И мы уходим за предел черты,
Туда, где Ткач плетёт тугие снасти.
