Психика эволюционно развилась как система адаптивности к новым значимым условиям, в которых рефлекторные реакции дают сбой (fornit.ru/70546). Если в хорошо известный условиях и ситуациях нарабатывается реакция, которая дает позитивный результат, то нет никакой необходимости в психики, можно с уверенностью пользоваться привычной реакцией и обеспечивать гомеостатическую регуляцию (удовлетворять потребности во всех случаях выхода жизненных параметров из нормы, в том числе таких важных параметров как гон и потребность в общении). Для того, чтобы выработать альтернативную привычным реакцию в условиях значимой новизны и непредсказуемой неопределенности, эволюция шаг за шагом выстроила сложнейшую иерархию механизмов нахождения решений, от самых простых уровней, до самого сложного творчества. В результате работы такой системы возникают новые реакции, которые проверяются на их последствия и удачные становятся новыми рефлексами для такой ситуации.
В конечном счете все рефлексы нужны для соответствия реальности происходящего: для такой реальности условий и ситуации должна нарабатываться выверенная реакция.
Адаптивность vs. Адекватность (разрыв понятий)
Адаптивность – это процесс поиска решений (сначала на уровне наследуемых реакций, потом на уровне психики). Когда реакция актуализировалась как привычная в данной ситуации, адаптивность завершает свою функцию.
Адекватность (соответствие) реальности – это критерий эффективности найденного решения, оценить которую организм может только по совпадению последствий с ожиданием для адаптивной цели. Мы не знаем реальность во всех ее деталях и только оценкой совпадения с ожиданием можем судить об адекватности.
Это сравнение происходит не по ошибке предсказания в терминах теории Предиктивного кодирования (fornit.ru/102600), потому что на уровне наследуемых рефлексов нет никаких таких предсказаний, а на уровне психики есть только память прошлого опыта, которая дает возможность при поиске решения учитывать негативность или позитивность результатов попыток – на уровне эпизодической памяти (которая появляется намного позже семантической: fornit.ru/67560) и требует накопление немалого эпизодов прошлых попыток, чтобы выйти на приемлемую область не наивных, а уверенных предположений (а не предсказаний о конкретном событии).
Рефлекс адекватен реальности в случае не предсказания, а соответствия целевому ожиданию, а цель может кардинально отличаться от того, что показывают эпизоды прошлого опыта в данных условиях. Данный подход объясняет способность мозга игнорировать шаблоны и действовать целенаправленно в новых условиях, преодолевая ограничения статистической предсказуемости.
Цель не выводится из прошлого, она задается текущей потребностью (гомеостатическим рассогласованием). Голод, страх, любопытство — это не предсказания, это векторы принуждения.
В новой ситуации психика не перебирает вероятности (это слишком долго и энергозатратно). Она совершает акт волевого допущения: «Я допускаю, что если я сделаю Х, то получу У, потому что это похоже на структуру прежних ситуаций, хотя детали совершенно иные».
Тогда адекватность — это совпадение не с Реальностью-в-себе, а с этим допущенным целевым вектором.
При этом для данного существа, которое находит целевые варианты действий и пробует их в реальности, предположения оказываются или соответствующими объективной реальности или последствия показывают, что реальность не согласуется с субъективной моделью ее смыслового понимания (fornit.ru/102588) и требует корректировки такого понимания.
Реальность как "немой свидетель" (Принцип нефальсифицируемого сопротивления)
Реальность не говорит нам "ты не прав". Она не выдает готовую истину. Она просто оказывает сопротивление нашему действию.
- Если я хочу пройти сквозь стену, реальность не говорит: "Неверная модель". Она просто не пускает (болевой сигнал, тупик).
- Если я хочу успокоить человека грубостью, реальность не говорит: "Неверный подход". Она просто выдает агрессию в ответ (изменение состояния среды).
На уровне психики можно выделить цикл, который отсутствует в классическом бихевиоризме (стимул-реакция) и в предиктивном кодировании (ошибка предсказания). Это смысловой цикл:
- Такт первый (Априорная адекватность). Существо строит смысловую модель ситуации (fornit.ru/102588). Это не карта местности, это сеть значимостей: что здесь угрожает, что удовлетворяет, что требует внимания. На основе этой сети рождается целевой вектор (допущение). Здесь адекватность — логическая (непротиворечивость смыслов внутри самой модели).
- Такт второй (Апостериорная адекватность). Существо действует, и реальность дает обратную связь. Но это не "ошибка" в байесовском смысле. Это семантический шок — событие, которое не вписывается в смысловую сеть значимостей.
- Такт третий (Корректировка смыслов). Психика вынуждена пересобрать смысловую модель: либо "друг ненормален", либо "это не друг", либо "я слишком груб". Но ключевое: корректируется не "образ реальности", а правило смыслового перехода — «в такой ситуации это действие ведет к такому последствию для моих целей».
Проще говоря:
- Неадекватная модель = "Реальность должна быть такой-то". (Претензия на онтологию).
- Адекватная модель = "Если я сделаю так, реальность ответит эдак, и я готов к этому ответу". (Претензия на операциональную совместимость).
Социальная адекватность как особая подсистема
В социальной среде "сопротивление реальности" заменяется "сопротивлением Другого". Моя модель адекватна, если Другой подтверждает мой смысл своим ответным действием. Но Другой тоже имеет свою волю. Социум – надстройка над объективной реальностью природы, что полностью меняет правила игры и оценку адекватности.
Адекватность в дикой природе: Принцип «Негативного эталона»
Если живое существо предоставлено само себе в дикой природе, то оно в своем опыте должно учитывать только свойства этой природы в своем окружении. Любой просчет может оказаться фатальным. У такого существа нет права на ошибку и поэтому оно очень консервативно меняет свои привычные и надежные реакции.
Это формирует особую логику проверки адекватности, которую мы назовем "Проверка через негативный фильтр".
В дикой природе существо не ищет подтверждения своей правоты (позитивная обратная связь для него роскошь). Оно ищет отсутствие фатального исхода.
Адекватность здесь = Стабильность гомеостаза в течение времени. Если реакция не убила и не ранила за 100 повторений — она адекватна.
Критерий смены реакции: новая реакция допускается только тогда, когда старая перестает давать результат (истощился ресурс, исчезла добыча, изменился ландшафт). Причем переход происходит не через творчество, а через стрессовую мобилизацию — когда уровень кортизола перекрывает страх новизны.
В природной среде адекватность — это консервативный аттрактор. Психика здесь работает как система подавления инноваций, а не их генерации. Воля включается только как "последний шанс", когда рефлекторный автоматизм упирается в тупик. Главная добродетель такой адекватности — повторяемость результата в идентичных условиях
Адекватность в социуме
Социум — это надстройка над природой, но ее ключевое свойство — замена физических законов на смысловые договоренности – этику и разделяемые понятия.
Это не отменяет непосредственные свойства природной реальности: выпрыгнул из окна – получил фатальные последствия. Но во многих случаях это создает возможность совершения безнаказанные действий, потому что социум предоставляет возможность:
· жить не только своими навыками, но и паразитировать на других,
· не погибать, если из-за болезни не вышел на охоту или случился неурожай,
· не получать немедленную ответную кару за грубость и неуважение, потому что есть законы и правопорядок в лице его государственных носителей.
· Можно оскорбить, нанять адвоката и тот докажет, что прав не зачинатель, а оскорбленный. Даже если в результате действий погиб другой, то адвокат может все перевернуть совершенно наоборот.
Если в природе психика адаптируется к законам физики, то в социуме она адаптируется к законам интерпретации, которые можно бесконечно переписывать. Социум становится "буфером неопределенности".
Социум — это первый в истории эволюции механизм, который позволяет субъекту не платить по счетам немедленно. Это снимает жесткий эволюционный пресс и порождает новый класс психических стратегий, где адекватность определяется не тем, что ты сделал, а тем, как это было истолковано.
Социум, чем более развит в нем государственный правопорядок, чем больше ресурсов демпфирует промахи и небрежность, все в большей степени способствует развитию особых субъективных моделей, которые, окажись такой человек в дикой природе, убили бы его при первых же странностях. Это выражается в формуле: чем больше город, тем больше в нем шиза.
Чем толще социальная амортизация, тем тоньше связь субъективной модели с объективной реальностью, и тем более причудливые (шизоидные) модели могут существовать, не встречая фатального сопротивления. Особенно сильно это замечается в молодом поколении, которое интенсивно пытается преступать догмы авторитарного воспитания, чтобы посмотреть, а что из этого получится. И это легко сходит с рук таких экспериментаторов, потому что выучить законы, точнее то, как они выполняются, это особенно легко для молодых, учитывая их повышенную законодательную защиту.
Город становится инкубатором субъективных реальностей. В нем психика может позволить себе роскошь эпистемической небрежности — строить модели, которые имеют слабое отношение к физическим законам, но отлично работают в социальной среде (дают статус, деньги, внимание). При этом сама
