Заметки про Израиль
Тип: Заметка
Раздел: Обо всем
Автор:
Баллы: 7
Читатели: 503
Внесено на сайт:

Заметки про Израиль


База общественного питания

Что-то писать про Израиль – ответственное дело, так как существуют известные партии – основные две – сионисты и антисемиты, и ряд промежуточных. Скорее всего, не удастся написать текст, с которым согласятся и те, и эти... Но постараюсь воздержаться от шаблонов и банальностей.
Когда-то я уже посылал друзьям реалистический очерк о том, как я в Израиле «работал на базе общепита», но он не сохранился. Друзья же сделали вывод, что мы там «ели объедки». Но говорили, что текст был интересный. Интересный так интересный, я попытаюсь его воспроизвести.
Начну же в этот раз несколько издалека.
Евреи, которые выросли в семьях, имеющих хоть какое-либо отношение к еврейским традициям, находятся за пределами моего очерка. У них своя литература: Игорь Губерман, Дина Рубина, ну и конечно, Танах, каббала Михаила Лайтмана, философские работы Мартина Бубера, и просто израильская пресса на русском языке, и для продвинутых на «нашем языке» иврит.
Когда я в Израиле проходил интервью в университетах и технионах, один сотрудник выложил мне прекрасную формулировку, что я «некошерный еврей»... Собственно говоря, я и хочу рассказать, что это значит, – таких, как я, много. Да, один из признаков «некошерности» – фамилия с окончанием на «ов». Как то раз в очереди в консульство России кто-то кричал – с юмором: «Bсех тут, кто на «-ов», – не пускать и выставить из очереди!»
Но начну с так называемого ульпана. Ульпан – на иврите просто «студия». Иврит – язык музыкальный, компактный и логически хорошо построенный. Я самоотверженно пытался научиться читать на иврите. Говорил – так себе, и писал в объёме, нужном для заполнения бланков. Так как я человек книжный – то я думал: мне поможет продвинутый курс, и я ездил на курсы учеников Соломоника, которые ругали рядовых учителей иврита и обещали дать какие-то схемы на нескольких листочках, изучив которые, всё станет понятно. Что касается учителей иврита из бесплатных ульпанов, то ругали их правильно – учителем иврита может стать человек с улицы, если он «носитель» – в результате иврит преподают какие-то безработные, и стиль у них в духе – «мотек» – сладкий мой! – то есть они просто пишут на доске слова и произносят их.
Ульпан – это воoбще предприятие министерства абсорбции, и интересен он скорее тем, что вместе собираются люди, только что приехавшие в Израиль, и как-то начинают дружить. Кстати, ульпаны международные. Кроме русских евреев – есть люди, например, из Калифорнии. «Мои родители зачали меня, когда я была в Израиле – и я считаю, что родилась здесь!» Почему ей было плохо в Калифорнии, я не понял. Или вот девушка из Дании спрашивала меня: «A у вас в Сибири есть вампиры?»
На самом деле так называемое «ульпанское братство» неоднородно. Часто при первой возможности люди расходятся по разным своим дорогам – поднимаются или опускаются.
Но после первого ульпана я взял ещё второй и третий, так как упорно хотел научиться читать, да и это было практически бесплатно, после работы. Практически, я запомнил только одного мужчину из ульпанского братства – биолога, окончившего МГУ. Это был интересный человек, ему удалось открыть свой бизнес – всё бы было хорошо, но его семья в России с ним порвала у меня на глазах, и я думаю, из-за этого он умер в своей «технологической теплице» в израильской пустыне от сердечного приступа.
Однако на русскоязычную публику в ульпанах я насмотрелся. Один дядька – был в России кем-то большим – в Нетании делал пружинки на каком-то заводе, он эти пружинки приносил в ульпан и говорил, что ему ничего не надо, он рад, что дети устроены. Семейные пары устраивались как могли. Муж – сторож с казённым пистолетом на боку, жена – кассирша. Процесс трудоустройства в Израиле – особая тема.  Есть, конечно, и квалифицированная работа. Я, в принципе, работал в хай-теке на так называемой стипендии Шапиро. Проработав год, я нашёл работу с нормальной зарплатой – но когда я уходил, босс Дуду сказал так: «Tы за это заплатишь... Израиль – маленькая страна, здесь все друг друга знают. В промышленности ты работать не будешь».
К счастью, свой новый рабочий контракт я успел предъявить в иммиграционное агентство при канадском посольстве – «с таким контрактом ты пройдёшь» – и после долгой очереди и войны в Заливе – «прошёл» в Канаду. Я не знаю, как там работал механизм «в маленькой стране», но реально меня на самом деле уволили через 10 месяцев. В принципе, я уже ждал канадскую визу, но бросился в поток жизни, другими словами, попробовал работать где попало.
Тут и довелось мне работать примерно месяц «на базе общепита». Другими словами, в чисто социалистическом предприятии, в котором воображали, что таким, как я, оказывается бог знает какая милость. А именно, нас вывозили в Герцлею – то мыть посуду, то расставлять мебель (стулья в синагоге при гостинице). В субботу, когда кошерные евреи только молятся, надбавка за нашу некошерность. Мытьём посуды руководили арабы, в частности, на Песах довелось драить медные краны в составе бригады. Я как-то раз заговорил с бригадиром на английском языке. «Tы что, знаешь английский, тогда что ты здесь делаешь?» – и он повёл меня в каптёрку и налил рюмку бренди. Но смысл базы общепита был в том, что мы могли увозить домой сколько угодно еды из ресторана, иначе её просто выбрасывали. Мои друзья из России прокомментировали это следующим образом: «Стоило ли ехать в Израиль? Он там не только собирает отбросы, но, похоже, он их ест».
Ещё я работал пару недель на заводе, который делает пиво, – крупный завод в Нетании. Но там делали также раствор апельсинового сока – миц тапузим. Концентрат с соком привозили в больших чёрных пластиковых бочках. Моя первая промашка состояла в том, что я как-то умудрился стереть с бочек клеймо раввина, означающее, что сок кошерный. В стране, где религия не отделена от государства, это означало – что раввина вызвали снова, и он снова проклеймил бочки, качая на меня бородой с осуждением. Моя вторая промашка состояла в том, что в цехе стояла автоматическая немецкая линия для перемешивания концентрата с водой, и когда пришли техники, я по-простому к ним подошёл и стал спрашивать что-то про компьютеры. К компьютерам таким, как я, подходить не полагалось. И третья промашка, в общем-то по справедливости фатальная, была та, что я повернул не тот кран и добавил лишних 15 литров воды в апельсиновый сок. Им пришлось пробовать, и чуть ли не делать анализ, и через два дня мне предложили сдать пропуск...
Ещё я грузил израильскую клубнику в английский самолёт – кстати, с мальчиками из России, которые живут в Израиле зимой, а летом едут на заработки в Европу. Я как-то разгружал морской контейнер, кстати, с напарником, который тоже объездил всю Европу. Коробки были по 40 килограммов, со мной мы еле выполнили норму, и домой я пришёл и лёг в ванну весь в крови. И ещё были разнообразные мелкие приключения.
Потом я всё же находил что-то вроде контрактов для программиста. Это также смешно: работодатель из Ашдода, хозяин туристического бюро, хотел одного – коробку с товаром, программным продуктом, которую он мог бы начать продавать. Мне он заплатил 100 долларов на еврейский Новый год, Рош a-Шана, в качестве подарка плюс дал баночку с кошерным мёдом. Остальные деньги обещал потом – когда пойдёт бизнес. Но «база общепита» была, конечно, смешнее.
Когда я уже жил в Канаде, другой еврей, который прожил в Израиле 11 лет, сказал: «Я в Израиле дружил с людьми, а ты там замечал не то, на что надо было обращать внимание». Может быть, это так и есть на самом деле. Я обращал внимание на то, что именно для меня было важно. Конкретно, речь шла о том, что я обращал внимание на развешенные на центральной улице Нетании объявления: «Евреи, бойтесь проповедников христиан, которые хотят вас крестить». Другой еврей, из Америки, спрашивал меня, кому я хочу продать этот текст (предыдущий утерянный) про общепит?

Кому я хочу продать этот текст?

Смысл, скрытый внутри этого вопроса, – если не найдётся покупатель, то всё остальное теряет смысл. Неизвестно, где и как всегда может появиться некий смысл. Если что-то и продаётся – это тоже не предмет ругани. Так всё же...
Вернёмся к вопросу построения социализма – скажем, справедливого еврейского общества – в отдельно взятой, как говорят враги Израиля, арабской стране.
О какой справедливости может идти речь? Бедным уделяется колоссальное внимание. В том числе старикам и инвалидам, матерям-одиночкам, потому что они рожают евреев, новым репатриантам без гроша в кармане. Бедным – услуги для бедных, богатым – услуги для богатых.
«Как? Вы живёте в Израиле без американского гражданства?» – такой вопрос задают в определённых кругах – в фирмах хай-тек в Израиле.
Кстати, многие устроенные люди в Израиле находят утешение в религии, или точнее, в еврейской духовности. Я знаю примеры, когда всей семьёй изучают тайное еврейское учение каббалу. Впрочем, именно еврейская духовность в Израиле процветает. Мне, например, нравится еврейский седер на Песах. Агада – очень красивые тексты, обряд, и в современном Израиле это настоящий праздник. Воoбще, широко известен тезис о том, что государство Израиль должно сохранить «еврейские корни». С корнями всё понятно, вопрос о будущем. Еврейские модели подходят оставшейся части человечества или не совсем?
Нельзя же отрицать, что В ПРОШЛОМ роль еврейской культуры для цивилизации велика, осторожно выражаясь. Христианство откуда? Но может быть, человечество уже подросло, а Бог возьмёт и объявит избранным народом русских или китайцев. Бог же – вещь в себе, всякое может быть.
Но это было бы абстрактной декларацией, рассуждением по пустой аналогии, если бы не опыт социализма. Социализм – это уже нечто конкретное, что можно посмотреть. Мне лично не нравится ни социализм бренда СССР, ни социализм бренда «Эрец Израел».

Различие цивилизаций

Я на самом деле придерживаюсь, может быть, старомодных взглядов на то, что существует Истина, пусть как процесс, но процесс в своей целостности. Мой отец был по сути аполитичен, но говорил мне, что границы между странами когда-нибудь исчезнут. Если это ошибка, и «национализмы» разного рода должны отстаиваться, процветать независимо друг от друга, зачем же тогда ругать евреев?  Еврейский национализм образцовый. Нам эклектика не нужна.
Но совсем без коммуникаций между парадигмами тоже нельзя. Волей или неволей, как говорится, объективно, «национализмы» должны взаимодействовать. Оставив в стороне всякие эмоции, опираясь только на ледяную логику, как говорил Хайдеггер, приходится допустить, что глобальная цивилизация на пороге. Так что «ругать» никого не надо, но надо научиться правильно отрицать.
Впрочем, может быть, надо спросить не меня, а учёных. Учёные консультируют, как известно, тех, кто управляет всем реально. А кто сейчас управляет цивилизацией? Но это уже другая тема.

Оценка произведения:
Разное:
Реклама