В этом мире, злобном и кровавом,
к небу шлю мольбу сквозь мрак и дым ; -
Помоги мне, Отче, Боже правый,
стать, как в детстве, чистым и святым.
Я погряз в плену греховной скверны,
позабыв и родину, и честь.
Я за смрад заплёванной таверны
отдал всё, что было и что есть.
Из страны, где были лишь гостями,
мы уйдём, согнав печаль с лица,
неисповедимыми путями
через три пустыни в дом отца.
Ох, какая долгая дорога!
Ранят ноги камни и пески.
Подожди, дай отдохнуть немного
сердцу от тревоги и тоски.
Может быть, отца в живых уж нету...
Сколько лет и сколько страшных зим
всё идёшь один по белу свету,
бедный странник. Вечный пилигрим.
На твоих кудрях иссиня-чёрных
искрами сверкает серебро.
Как ты мог, бесславно и позорно
промотать отцовское добро! |
