Чужие улицы…
Чужие лица…
На причудливых, чужих деревьях
Приветливо кОкует чужая птица.
Пушистый снег – чужой, ершистый –
Ложится на ресницы,
Щекочет, отыскав себе ночлег.
И ноздри нежные, взяв под уздцы,
Он словно в сердце совершает бег,
Не предчувствуя границы.
Касаясь век, раскрыл все дверцы.
Я, жмурясь, допускаю
Прикосновение волшебниц –
Снежинок шаловливых.
Слушаю, внимая,
Их стремительное скерцо.
Ладошки к ним навстречу подставляю,
Белым кружевам всецело отдаюсь…
Так бережно губами
Едва касаюсь.
Заснеженным теплом
Снежинки согревают,
И в дымке растворяясь,
Дальше завлекают…
Ают…
ают…
ают…
Живу ль я наяву?
Иль это снится?
Танцует с ними
Круглая земля,
Звеня, искрится.
А снег кружится,
Манит, лелея…
И, увлекая за собой,
Все дальше мчится…
Над чужой аллеей
Летит и тает…
Ает…
ает…
ает…
|
