Полночь, луна в тёмном небе дрожит,
ветками тополь тихонько шуршит.
Поздно, на улице нет ни души,
только дворняга куда-то бежит.
Нет ей пристанища, будки, угла,
где бы она жить спокойно могла.
Не было этого в жизни собачьей,
свалки, канавы, кусты – не иначе.
Ей не знакома забота людей,
выпала доля всегда быть ничьей.
Ночь её прятала и укрывала,
мягкой подушкой была, покрывалом,
и не тревожила, а защищала,
боль и обиды в себя забирала.
Так и кружились собачьи года,
вот и она уже не молода.
Нет, не нашёлся хозяин дворняге,
жалкая доля досталась бедняге.
Много свободы, но это не мёд,
знать, что никто никогда не возьмёт. |
