Звучит мелодия немая,
которой я не понимаю, которой я не воплощу, не напою, не насвищу. Картинка видится мне всуе, которой я не нарисую – ни акварелью, ни пером, ни по колоде топором. Над чёрным лесом, белым полем, над ближним миром, дальним морем, взойди частицей Бытия душа прекрасная моя. Взойдёт, растает путь во мраке, как старый грифель на бумаге, но станет шире белый свет на песенку и на портрет. 1978
|
