Сладкие пилюли Процветало царство лжецов, Липких слизняков и подлецов, Вернее они сами богатели, А народу песни о счастье пели. И не только обворожительно пели, Таких мастеров в царстве не счесть, А завернуть, преподать умели Самую ядовитою пилюлю, Что её так и хотелось съесть. И ел народ пилюли горстями С мёдом и другими сластями, Всё соревновались между городами и областями... А царский кондитерский цех Работал денно и нощно не зная помех: Пилюлями кормили рабочий народ, Он вымирал, а от чего никто не поймёт... Один Никита всё же смикитил, Что здесь что-то не так... Но и правитель предвидел, Что ещё найдётся умный дурак, И по всей стране разослал шпиканов, Шустрых и хитрых тараканов, И вот один уже говорит, От волнения на лапках привстал И рыжим усом шевелит... Царь-Батюшка, подкралась беда, Идёт за Никитой рабочих орда, Кричат горлопаны: «Довольно обмана!» Ужас! Только раздавлены три таракана... Царь понял, что уже не до шуток, Во дворце не слышно смеха и прибауток... Задумались приближённые вельможи, Что хваткою с бульдогом схожи... - Давайте объявим о гласности, Исчезнут все невидимые опасности, Успокоим взбунтовавший народ, Объявим, Перестройка в царстве идёт! И снова работает кондитерский цех, Готовят пилюли без мёда и без орех, Прямо говорят, что готовят яд, А народ правде несказанно рад. Перестройки горькие поедает пилюли, И очень рады, что народ не надули... Знают, что теперь свободен народ И к светлому счастью завтра придёт... Уже не слышно гласа Никиты, Его все предупрежденья забыты, Царь объявил его душевно больным, Нет к нему доступа друзьям и родным... Встретили врачи Никиту как родного, Ласкают и уколами колют блажного, Не может бедный ни сесть и не встать, Записки не может друзьям написать... И вот на обходе лечащий врач, Он же преступник и мастер-палач, Просит указы смертным ядом назвать: Не может главный правды не знать, И называет Никита пилюли сладкими, Маленькими, радостными, гладкими... Рады врачи, заметно на глаз улучшение, Ублажают больного, мёд да варенье... - Ешь всё вволю, народоволец, И знай, обману нет непокорных сердец! И стал Никита жалок, сердцем размяк, Чёрное с белым, три года путал добряк, Иначе не вырваться, понял он сразу, Нет пощады от государева сглаза... Выписался злой больной и худой, Забыл про митинги, добраться б домой, И видит разбитый Никита, Что правда совсем не забыта. Ядовитые пилюли народ поедает, И то, что яд, прекрасненько знает... Вот вера в завтрашнее счастье, Нипочём яд, нипочём ненастье, Хороши и голод, и грязь, Глупый народ, и впрямь, что мразь... Вот где настоящий дурдом, Разве к счастью с таким мы придём. - В горящую печку лезут с огнём... Давай, Никита, матом в их душу загнём... 4 марта 1992 года. | 
