Бродяга Бредёт походкой вялой, За деоева, кусты цепляясь, И нет уверенности, даже малой, Она в ключах и сопках затерялась, И лишь звериное чутьё осталось, То всё, что многим людям не досталось, Но им счастье всё же улыбалось, А ты забыл, как это всё и называлось. Ты совсем зарос, и одичал, И много несправедливости узнал: Одежда вся рвана и грязна, И в чём только держится душа… Дырявы и разбиты сапоги, И быстрые апрельские ключи Твои уставшие ласкают ноги А от этой ласки только не кричи. Да и зачем кричать, Ты уже свыкся с этой жизнью, На южном склоне ляжешь отдыхать, Совсем как зверь лесной на лёжке… Ласкает солнце волосы твои, Как их ласкала в детстве мать, Глаз голубых ей больше не видать, И лучше бы подробностей не знать… Был примерный человек – и нет, А сколько ещё было разных бед. За их, бессловесных, кто даст ответ? И потому запутанный твой след… Бродяга, бич, иль тот же зверь, Поверь ты людям ещё раз – поверь! Ведь в жизни всё изменчиво, И не смотри на всё так недоверчиво… На южном склоне нашёл ты гриб, А северный снегом весь покрыт… Вот такая и в жизни полоса, Там снег, а здесь уже растёт краса… И гриб диковин напоминает ушки, Такие же у зайца на макушке, И яркое краснеет в них нутро, И ты уже хотел бы знать, Какое зтот гриб встречает утро… Быть может, день, и даже два, И у этой жизни есть своя судьба… Но раз тебе досталось такое диво: Радуйся, не всё ещё потеряно, Всё в твоей жизни поправимо. Апрель 1991 года.
| 
