... хлопотны окна, так же, как хлопотны мысли: то в них без спросу одно, то другое втиснет случай, судьба или дурь какая блажна́я, напоминая Рейхстаг в испитом лице сарая. Сделают образы круг, расплюются и снова сядут нотною грамотой на провода бетонного ряда. Меркнет, стираясь, в тёмное, в чёрное ночи всё, что посмело, всё, что хотело и всё, что не хочет. В лысых кругах обозначится парка фона́рность, жёлтым заполнив пустую яче́истость (тарность), голую ско́льзкость стволов, отрешённость судеб окаменевших, осиротевших буден. Будем ли нет – веки стиснем, глаза закрывши; жёлтость изгонят шторы, проулки, крыши, тучи, мосты, ограды, слепые глазницы, яд алкогольных паров в стеклогла́зых лицах. Угомонится до знака нуля спидометра стрелка, до знака = нулю – дежурный аптеки, до знака «усни» – жадность, зависть и смелость, до «отдохни» – всё, что сметь и посметь посмело...
| 
