Искусный мастер, непревзойдённый гений.
Лишь чудом не ослеп, хотя кто правду знает?
Что на душе у тех, кто вдохновением
Себя настойчиво и предумышленно пытает?
Задернут занавес в каморку у обрыва,
В скале проходы, лестничные сгибы.
Творец согнулся. В жаре от камина
Стекло кипит болезненным эфиром.
Вдыхая в трубку ветер самой жизни,
Стеклянную он сферу создаёт.
Остывший шар заполнит тем, что видит.
В раздутых грёзах бдит полуслепой.
Сто тысяч полок, миллиард подставок,
На них шары - игрушки для забав.
Встряхнешь рукой - и белым снегопадом
Засыплешь домик и сливовый сад.
Сценарии, сюжеты, эпилог и титры.
Он ими мыслит, их и воплощает.
Изящные фигурки, глина, бисер.
Из ничего Творец мир собирает.
Новорождённый мир заполнен глицерином.
Кружится снег - кокосовая стружка.
Дама смеётся, рядом с ней мужчина
Качает дочь в кроватке из скорлупки.
Творец устал, Творец протер глаза,
Увидел спину в шлейфе из атласа.
Судьба всегда приходит не стучась,
Берет, что хочет, и уходит восвояси.
- Мой милый гений, - шепнут пионы-губы,
Взгляд обожжёт как листики крапивы.
- Что сделал ты за эти две секунды?
- Взгляни, Судьба, на эти две картины.
Он создал сотню, но вытянул два шара.
- В одной любовь семьёю обратилась.
Не будет здесь ни сворок ни скандалов...
- А во второй детей тьма разродилась!
Судьба смеется, в подол берёт развод,
Смерть от несчастья, пару сцен с расправой.
- Чего ж тебя ко тьме неистово влечет?
Весь свет в скале для старого слепца оставишь?
- Мой милый гений, ты хорош во всем,
Во всех известных жанрах ты неподражаем.
Беру я то, что больше мне идёт,
Спокон веков у платья цвет кровавый.
Сценарии добра бывают любопытны,
Но их не нужно больше трех процентов.
Жестокою Судьбой подобрана палитра
Из многогранных, красочных сюжетов. |
