Бедняга из гнезда свалился,
хотя довольно взрослым был.
Не приспособился, не сбылся,
не упорхнул, не победил.
Имел прекрасную породу,
окрас с отливом хоть куда,
умел предсказывать погоду
окрестным весям, городам.
Мог доминировать, когда бы
не столь уж экзотичным слыл:
средь воробьев нахальных слабым,
среди тщедушных полным сил
в том, что прощается немногим,
а если четче — никому.
Он к Богу обивал пороги,
но попадал как раз в тюрьму.
Откуда пел свои куплеты
под мандолины сквозняка.
Его любили все Джульетты,
которых не встречал пока.
С ним благородные дружили,
но, ах, бессильные помочь,
и перья он терял из крыльев,
и сов он чуял что ни ночь.
Сгущалась эта смоль, сгущалась,
выпихивая, как хамло,
за грань рожденья. Извращалась
суть навигации. Мело...
Так он простерся над корнями
аляповатого ствола,
к такой-то посылая маме
тупое листьев бла-бла-бла...
04.05.2025. |
