Не гость, но в плоти – вечный сожитель,
Не ангел чист, не демонский гость.
Во мне – двоякий властитель, строитель,
То льющий свет, то сеющий ость.
(Как ветер в поле, что колос клонит,
То нежно шепчет, то рвет, как враг.
Во мне начало и конец гвоздит,
Небесный зов и подземный мрак.)
I. Демон (Пламя Холода)
Он в полночь входит без стука в двери,
Дыханье – иней на стеклах дней.
Его слова – как обломки веры,
Как лезвие меж моих костей.
Шепчет: «Забудь про зарю и знамя!
Жизнь – лишь обман, тленье и тлен.
Ты – одинокая плаха, прямо
Стоящая средь пустых вселенн».
Он строит стены из сомненья, льда,
Где эхо стонов – моя стезя.
Он шепчет: «Рифма? Лишь бред труда!
Пустошь – и тоньше твоя струя!»
Но в этом холоде – странный жар,
Как уголь тлеющий под золой.
Он – мой мучитель, мой темный дар,
Мой парадокс, со мной навек двойной.
II. Ангел (Свет Тревоги)
Он – не сиянье в лазурной шири,
А тихий стук в предрассветный час.
Не гром небес, а дрожь в мимозире,
Что чует грозы дыханье в нас.
Его крыло – не парча, не панцирь,
А трепет листа, дрожь на ветру.
Он шепчет: «Встань! Не давай увянуть!
Смотри: в слезинке – всюду зарю!»
Он не сулит мне венцов златых,
Но пальбой звездной пронзает мглу.
«Ты – продолженье миров иных,
В тебе – и смерть, и святая млу!»
Он рапирой совести бьет в лад,
Когда я падаю, срываюсь вниз.
Он – не утеха, он – строгий взгляд,
Моя печаль, что, как песнь, звенит.
III. Исповедь (Слияние)
Так спорят в зале души моей
Холодный пламень и теплый свет.
Один сечет меня бичом дней,
Другой венчает, прощая след.
Один твердит: «Ты – ничто, ничей!»
Другой: «Взгляни – ты весь мир вместил!»
Меж них – я, как мост над бездной рей,
Где каждый шаг – и паденье, и пыл.
Они – не гости, пришедшие на час,
А плоть моя, ее тайный состав.
Их вечный поединок – мой рассказ,
Моя мука, мой кровавый став.
Так что ж ты, дух, терзаешь перси?
Ты – отраженье моих путей.
Я принимаю: и ангел мой – демон,
И демон мой – ангел сквозь тень ночей.
|
