Оставив золочёную карету,
На облучке заснул боровичок.
Из ситца платье, выткано рассветом,
Свиданье там, где звонкий ручеёк.
Румянец на щеках её играет,
Он ей так мил и из себя хорош.
Ах, Август! Сердце её тает,
Любовь — её не проведёшь.
Его деньки почти что на исходе,
Её приходом он всегда раним.
А Бабье лето быстро так проходит,
Бег времени, увы, неумолим.
Прикрыв глаза тончайшей паутинкой,
Вуаль не скрыла слёзы на глазах.
Осталось платье на ветвях росинкой,
И поцелуй прощальный на губах. |
