Пахнет смородиной, клубникой,
водопроводной водой
самодельной колонки
и летом,
разлившимся по саду.
Я иду в тени яблонь.
Ветерок колышет листву,
и золотистые нити
прошивают ее насквозь.
Мне ...шесть, семь, восемь...
двенадцать... шестнадцать...
двадцать пять... тридцать...
сорок...
Бабушке сорок дней,
год.
И сколько бы еще не было
ей, мне,
я буду всегда идти в тени яблонь
по летнему саду,
пахнущему смородиной, клубникой,
водой самодельной колонки,
прошиваемому золотыми нитями
памяти.
|