Я-амальгама. Холод и стекло.
В моем зрачке застыло отраженье:
Слои времен на облик нанесло,
Как пепел после долгого сожженья.
Внутри объект вращается в бреду,
Скрыв утомленье в складках и карманах.
Он предан лишь бесцельному труду
В сухих геометрических изъянах.
Его подъем-механика костей.
Вливает яд из белого фарфора.
Бьет метроном. Он-лишний для сетей
В глухих границах комнатного сора.
Беседы с Оком? Взору нет нужды
Смотреть на этот косный отпечаток.
Я вижу цепь. Я вижу те следы,
Где каждый шаг-ошибочный остаток.
Он не горит. Сочится серый тлен
Сквозь ногти, что сдирают кожу вяло.
Я-монолит. Я-сумма серых стен,
Где время человека уравняло.
В нем нет огня. Он лишь бессильно тлеет.
И я, зажав его в стеклянный плен,
Гляжу, как он не плачет, не жалеет,
А просто вычитает ток из вен.
|
