В Помпеях нет тел.
Биология не выдерживает давления времени.
Плоть сублимируется,
оставляя в спрессованном пепле
идеальные вакуумные карманы.
То, что мы видим в музеях, —
это не люди.
Это гипсовые слепки пустоты.
Памятники отсутствию, которое обрело форму.
Моя память работает так же.
Пирокластический поток времени
накрыл нас, когда мы были живыми,
и мгновенно остыл.
Ты исчезла. Выпарилась. Ушла.
Тебя нет ни в одной точке пространства.
Но внутри меня,
в толще затвердевшего быта,
осталась каверна.
Полость, в точности повторяющая твой контур.
Слепок того, как ты спала, поджав колени.
Я ношу в себе эту архитектурную брешь.
Я берегу её герметичность.
Я не позволяю новым людям, событиям, звукам
просочиться внутрь и нарушить границы
твоего небытия.
Потому что эта пустота —
единственное доказательство того,
что ты была объёмной.
Я — саркофаг, хранящий форму воздуха.
Окаменевшая порода вокруг твоего силуэта.
И пока я пуст —
ты существуешь.
|