Детектив из психушки обозначил канву,
Красной нитью зашив губы дела.
Он в рояле пытал тишину, как в гробу,
И синкопой терзал оголтело.
Обозначил мотивы, залил компромат,
Описал кипятком все детали.
А потом вдруг ушел с головою в закат
И дела на стихи поменяли.
Тишина полюбила домашний арест
И щекотку от клавиш рояля.
Но закончила криком, ее благовест
Подхватил саксофон из дюраля.
И бессмысленно больше пытать тишину
И наивно мечтать в жанре «света».
В уши льется свинец в музыкальном гробу
Красным грифом – дело отпето! |
