Двадцать пять, какой прекрасный возраст,
Стал взрослее парень, возмужал,
Мы выходим покурить на воздух
Из тепла и мрака блиндажа.
Вот стою заснеженный и гордый,
Мне он будто сын, прекрасный сын,
Получил второй недавно орден,
Отрастил дурацкие усы.
Дым взлетает, тонет в зимней стуже,
Триколор шевроном на груди,
Перестал брать пленных после Суджи,
Впрочем, здесь не мне его судить. |
