*
Одиночество — это непросто,
Может в сердце кольнуть очень остро,
Как ножом или лезвием длинным,
Или страшным штыком карабинным,
Или старой иголкой сапожной,
Или скальпелем неосторожно.
Словно кто-то гвоздём ковыряет,
Может, кнопкой… Да кто ж это знает!
Я мужик по параметрам видный
И поэтому очень обидно,
Если вдруг разбегаются бабы
Не кормить тараканищей дабы.
Мухи роем на грязной посуде.
Но, по сути, кто это осудит?
Да и мухи не цветом болотным,
А вполне так себе, благородным.
Смылась Ирочка, следом Елена,
Гюльчитай свёл отчаянный Гэна.
Там, где горы укрыты снегами,
Там торгуют они шашлыками.
Негритяночка Мумби — в Париже,
Ей вылизывал всё, что пониже.
Пусть французы ей делают то же,
Только что-то сомнительно всё же.
Для портвейна найду я посуду,
Может быть, всех их скопом забуду.
Но в любви, как ни глянь, невезучий —
Либо сучка не та, либо случай.
Никого не виню и не хаю,
Я котам свои слёзы сливаю…
Правда, рядом соседушка Гала
Ароматом борща завлекала.
Ей без разницы — я или мухи,
Лишь бы кто-то попрыгал на брюхе…
*
..рисунок автора..
*
|
А девочкам такие стихи нравятся! Мне давно уже нет. Так пишут многие, построение стихотворения как бы конструкторское.
Вроде, косяков нет, а просто скушно - они, такие стихи, мало чем отличаются друг от друга.
Вера Полозкова вспоминается, со своим исповедальным стилем на стыке прозы и поэзии. Когда-то было интересно, теперь уже нет.