Теперь мы знаем все о снегопаде:
он равнодушен тяжкой белизной;
а кажется, там человек в засаде,
за Альпами, что выросли стеной
в прямоугольнике, оскомину набившем.
Он прячется, он – черный силуэт.
Так в старом фильме о владельце бывшем
рассказывал за выпивкой сосед.
В ущелье, провалившись голенищем,
я оставляю длинный, узкий след.
Мы все идем, горбатясь, словно ищем
упавший ключ, скользнувший в снег браслет.
Из-за горы внезапно выйдет кто-то,
тот самый, в черном, скрытый за пургой.
У каждого из нас одна забота -
как одолеть привет зимы такой.
В том, старом фильме, бывший знал про клады,
приметы находил и старый план.
Взметнули над столицей снегопады
какой-то ослепительный Монблан.
И здесь теперь не то, что клад с монетой,
машину под сугробом не найти.
Пусть некто в черном прежде был приметой,
теперь он просто встречный на пути.
|
